Песнь тридцать первая

Мне звонит Лазо: Яцуренко, я хочу снять фильм ужасов, напишешь сценарий?
Из оборудования у него только любительская видеокамера.
Ничего не получится, - говорю я.
А мы снимем плохой фильм, в стиле Эдварда Вуда.

Колодан две недели с загадочным видом цитирует: "Вот почему только кролики на Рондуа могут рисовать карандашами", "с тех пор все птицы решили стать черно-белыми" и еще что-то про соревнования по метанию карликов.

Потом торжественно вручает мне книгу. Фамилия автора Кэрролл, имя - Джонатан. Речь идет о режиссере, решившем доснять за погибшего друга сериал об убийце Кровавике. Поскольку фильм должен выйти страшным, герой спрашивает у каждого, что пугает его больше всего.

В детстве я боялся Пиковой Дамы. Если в темной комнате намазать зеркало зубной пастой и трижды произнести: "Пиковая Дама, появись", она придет и задушит тебя. Этому заклинанию учила соседка по дому, девочка из старшего класса. Поскольку я спал в комнате с зеркалом, мне пришлось выяснить, сработает ли обряд без пасты и умеет ли зловещая Дама читать мысли. Ответ на оба вопроса был утвердительным. Задача свелась к тому, чтобы трижды подряд не подумать: "Пиковая Дама, появись". Я лежал и непрерывно бормотал в темноте: "Пиковая Дама, не появляйся".

С тех пор я прочитал повесть Пушкина и научился играть в покер.

Тимофей Катиков - гитарист группы "Карлики Любви". Романов спрашивает:
- Ты специально взял человека с внешностью Стрельникова?
Если Тимофей и похож на Стрельникова, то на Стрельникова, изображающего маньяка.
За несколько часов до рассвета мы стоим на улице Замшина. Тимофей выкатывает глаза и нервно улыбается: Женщина! Он смотрит в витрину, на сероватый манекен без головы, рук и ног.

По телевизору показывают "Эд Вуда". Черно-белый Депп напряженно вглядывается в камеру, потом подозрительно косится направо. Больше он ничего не умеет.

По пути к автобусной остановке я решаю, что никто не сыграет милиционера лучше, чем Ложкин, отставной лейтенант ВВС. Роль несложная: идти по следу маньяка и погибнуть мучительной смертью к середине фильма.
Дверь маршрутки распахивается: Ложкин и две мои секретарши спорят внутри пересесть здесь, или ехать дальше.
- Милиционера? - грозно хмурится Ложкин.
- Хотя бы военного, лейтенанта ВВС.

На обочине, в мокром снегу я нахожу пакет. В нем упаковка таблеток виноцетина, рецепт на очки, календарь с портретом героя России Махотина, фрагмент схемы зала кинотеатра "Гигант", незаполненный железнодорожный билет, запаянная в полиэтилен иконка - с одной стороны мученица Лариса, с другой Спас, и записка:
"Подозрение, что вас сглазили." (подчеркнуто)
Для начала проверьте, так ли это. Вот как это делали наши предки.
В прозрачный стакан налейте воды и разбейте туда сырое яйцо…"
Листок с обеих сторон плотно исписан мелким почерком.
Текст заканчивается словами:
"Стакан не мойте, но и пользоваться им тоже нельзя. Через 8 дней порчу как рукой снимет."

Я узнаю, что Святая Лариса была сожжена в храме, во время богослужения, в четвертом веке от Рождества. В четверг в церкви мы разыграли сценку об апостоле Павле и его спутнике Силе в Филиппах. Подонки, наподобие тех, что дважды появлялись в "Короле-рыбаке", избили нас бейсбольными битами. После собрания пастор спросил, цел ли я. Странно, полтора года назад он поверил, что я напился на сцене, изображая пьяницу.

Мне звонит Сергей Иванович Иванов и говорит, что на ролевой игре я буду играть Дмитрия Карамазова, человека "ума отрывистого и неправильного".
В Интернете нахожу статью психолога Леонгарда: "Хотя в "здравом уме" у Мити случаются и благородные порывы, им не удается компенсировать его сумасбродств." Он просто эпилептоидный психопат.

Два раза в жизни мне снился дьявол. У него не было хвоста и рогов, у него вообще ничего не было. Просто, я оказывался в мире, где не действовали не только нравственные, но и физические законы. Ты берешь чашку, которая оказывается змеей, в которую налит свинец, но размером она больше собора. Как-то так, хотя я не помню ни предметов, ни действий, ни слов. Только состояние непереносимого ужаса. Тогда, во сне, не зная, что это сон, я обращался к Христу и просыпался.

Я, правда, не знаю ничего страшнее мира без Бога. В нем нет ни художника, ни художества. Ни цели, ни смысла, ни надежды. Я смотрю на бледный потолок, на мутное ночное небо, на тусклые зимние звезды. Бесконечные черные дыры, бесплодные совпадения.
Эпилептоидный психопат с лицом пьяного Стрельникова бредет по бессонным проспектам.

Тарасов выводит меня на лестницу типографии:
- я тут, типа, стих написал. Ну, про мертвый город. Который одновременно и Карфаген и Герника и Сталинград. Хотел, соответственно, с тобой посоветоваться, никак конец не получается.
Длинное, удивительное стихотворение обрывается на полуслове.
- понимаешь, я хотел, чтобы в конце про него было. - Олег беспомощно смотрит на меня, - Ну, про Него.

Тогда Иисус сказал двенадцати: не хотите ли и вы отойти?
Симон Петр отвечал Ему: Господи! к кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни: и мы уверовали и познали, что Ты Христос, Сын Бога живаго.

Все фамилии в статье выдуманы, любое совпадение непреднамеренно.