ПТЕРОДАКТИЛЬ НАД ПЕТЕРБУРГОМ
Молчала переулков мгла,
Зима пришла и умерла.
Сугробов белые тела
Теряют свою кровь.
А кровь их талая вода
Молчит усталая вода.
И в черных дырах мертвых луж
Ты видишь странные миры.
Ты знаешь правила игры,
Попробуй их нарушь.
И ты сгоришь и пепел твой
Развеется над мостовой.
Но птеродактиль надо мной
Пронзает ночи океан.
Ему на правила плевать.
Кто сможет им повелевать?
Холодных облаков туман
Он режет росчерком крыла.
И на поверхность тусклых крыш
Ложится мертвых звезд зола.
Птеродактиль над Петербургом
Воздух режет взмахом крыла.
Над кварталами над усталыми
Осыпается звезд зола.
Над дворцами и над помойками,
Над ларьками и новостройками.
Осыпается, осыпается
Умирающих звезд зола.
И ловит призрачную тень
Ночная талая вода.
Молчит усталая вода,
Постой летящий надо мной
Возьми меня туда.
Где режут марево небес
Полуденные города.
Где золото холодных стен
И белый камень куполов
И воздух полон странных слов,
Названий и имен,
Хранящихся в глубинах снов
Пришедших к нам из мглы времен.
Где горных пиков череда,
Где в жарком небе глыбы льда.
Постой летящий надо мной,
Возьми меня туда!
Птеродактиль над Петербургом
Воздух режет взмахом крыла.
Над кварталами, над усталыми
Осыпается звезд зола.
Над дворцами и над помойками,
Над ларьками и новостройками
Осыпается, осыпается
Умирающих звезд зола.
ЖЕЛЕЗНЫЙ РАЙ
Пылало небо надо мной.
Весь небесклон залит войной.
Я был машиною стальной.
И в муках корчилась земля,
Сочась предсмертной тишиной.
Я знаю, что шагнув за край,
Все танки попадают в рай.
И убивай, и умирай
Все танки попадают в рай.
Железный рай.
Железный рай.
Ведь нас не примут бездны ада.
Ведь мы и так уже в аду.
Свист бронебойного снаряда.
И пламя тянется ко лбду.
Как горячи огня объятья.
Края оплавленных пробоин.
Горят на поле наши братья.
Не бойся смерти, ты же воин.
Я знаю, что шагнув за край,
Все танки попадают в рай.
И убивай, и умирай
Все танки попадают в рай.
Железный рай.
Железный рай.
Зачем нас создавали люди
В просторных сумрачных цехах?
Ведь мы исчезнем, нас не будет.
Мы оставляем боль и страх.
Они сгорают вместе с нами.
Но мы молчим, они кричат.
Они и мы познали пламя.
Познали смерть, познали ад.
Я знаю, что шагнув за край,
Все танки попадают в рай.
И убивай, и умирай
Все танки попадают в рай.
Железный рай.
Железный рай.
1997.
МЕРТВЫЙ РУБЕЖ
Каждый череп как ДОТ -
Сквозь бойницы глазниц
В тебя целится тьма
И ты падаешь ниц.
Приближается гром
Боевых колесниц.
В тебя целится тьма
И ты падаешь ниц.
Как о плаху топор,
Как о землю кирка,
Низвергается ночь
На века, на века.
Низвергается тьма
Велика, глубока,
Как о плаху топор,
Как о землю кирка.
Каждый череп как ДОТ -
Он таит в себе плямя.
Пулеметчик прикован
К бойнице цепями.
Скоро черное пламя
Расправится с нами.
Каждый череп как ДОТ -
Он таит в себе пламя.
Как о плаху топор,
Как о землю кирка,
Низвергается ночь
На века, на века.
Низвергается тьма
Велика, глубока,
Как о плаху топор,
Как о землю кирка.
В темноте из земли
Прорастут черепа.
Каждый череп как ДОТ -
Это мертвый рубеж.
И отныне приводит
Любая тропа
В царство ночи
Где нуту ни снов, ни надежд.
1997.
* * *
Предсмертные крики
Утонут во мраке
Лунные блики
На мертвом металле
И в этом мире нет ничего
Кроме холодной стали.
Кроме голодной стали.
Кроме безумной стаои.
Багровые реки
Текут в темноте.
Мертвые звезды
Светить перестали.
И в этом мире нет ничего
Кроме холодной стали.
Кроме голодной стали.
Кроме безумной стаои.
Сталь холодна
Как будто Луна.
Сталь голодна
Как стая волков.
Тихо смеется,
От крови пьяна,
Безумна как зверь,
Не знавший оков.
Багровый рассвет,
Пятнающий даль,
Выльет свой свет
На курганы из тел.
Здесь нету живых
И только лишь сталь
Смеется одна
В ледяной темноте.
1997.
ТОПОЛИНЫЙ ПУХ
Тополиный пух.
Темный влаженый мох.
Рой зеленых мух,
Над тем кто сдох.
В дверь негромок стук
Кованный сапог.
Труп, лишенный рук,
Труп, лишенный ног.
Он уже не съест
Яблочный пирог.
Он лежит во рву.
У него нет ног.
Спит глубокий ров,
Спит не видя снов.
Вот стекает кровь
В норы хомяков.
Хомяки пищат -
Сверху льется кровь.
Хоямяки умрут
И родяться вновь.
Топчут сапоги
Черные грибы.
Тополиный пух
Словно белый снег.
Сколко мертвецов!
Кончились гробы.
Только пух горит,
Он увы не снег.
В деверь негромок стук
Кованных сапог.
Ты не убежишь -
У тебя нет ног.
Ты не убежишь -
Некуда бежать.
Тополиный пух
Выгорит опять.
Тополиный пух.
Время умирать.
1997.
УСПЕЙ ОТРАЗИТЬСЯ
Успей отразится в оконном стекле
За мгновение до того
Как стекла выбьет холодный ветер
Не оставив взамен ничего.
Успей отразится в зеркале луж
За мгоновение до того
Как вода испарится в безумном огне
Не оставив взамен ничего.
Вампиры не ждут приглашения в дом
Глаза вампиров подернуты льдом.
А ветер выбьет хрупкие стекла
Не думай о том, что случится потом.
Багровые демоны алых глубин
Безумные жители мертвых равнин
Сжигают реальность багровым дыханьем,
Реальность сгорела, ты снова один.
Успей отразиться в оконном стекле
За мгновение до того
Как стекла выбьет холодный ветер
Не оставив взамен ничего.
Успей отразиться в зеркале луж
За мгоновение до того
Как вода испарится в безумном огне
Не оставив взамен ничего.
Ночные вампиры так голодны.
Горячая кровь и горячие сны.
Ты видишь их тени сквозь пленку стекла
Безумные тени как полночь длинны.
Меж нами и адом лишь мокрый асфальт,
Но мокрый асфальт не холодная сталь.
Блестят на асфальте луж зеркала
В которых клубится небесная даль.
Успей отразиться в оконном стекле
За мгновение до того
Как стекла выбьет холодный ветер
Не оставив взамен ничего.
Успей отразиться в зеркале луж
За мгоновение до того
Как вода испарится в безумном огне
Не оставив взамен ничего.
Успей отразится, успей отразится.
Вампиры так жаждут крови напиться,
А демонов манит крыш черепица.
Успей отразиться, успей отразиться.
Твой облик исчезнет в обломках стекла,
Твой облик исчезнет в холодном огне.
На месте воды остается зола
И танец вампиров в ночной тишине.
* * *
Страшно в лесу, если ты не танке,
Если пешком, если без пулемета.
А звезды - монеты старинной чеканки,
Предсмертные крики несутся с болота.
Бурый медеведь изнасиловал Машу
И съел ее мозг студенистый и сладкий
За то, что она сожрала его кашу
И полежала в медвежьей кроватке.
А вдоль дороги мертвые с косами
Глядят на тебя глазами роскосыми,
Шмыгают тихо носами курносыми,
Надоедают тупыми вопросами.
А вдоль дороги мертвые с косами
Непринужденно дымят папиросами.
Гнилые ладони полны абрикосами,
Стоят вдоль дороги мертвые с косами.
Белого снега в лесу по колено,
А где и по пояс, а где и по уши.
Таит Буратино гнилое полено,
И тишь этой ночи нас скоро задушит.
Бурый медведь бродит в поисках шишек,
Забывши про то, что пора впадать в спячку.
Он пожирает заблудших детишек
И молча страдает от белой горячки.
А вдоль дороги мертвые с косами
Глядят на тебя глазами роскосыми,
Шмыгают тихо носами курносыми,
Надоедают тупыми вопросами.
А вдоль дороги мертвые с косами
Непринужденно дымят папиросами.
Гнилые ладони полны абрикосами,
Стоят вдоль дороги мертвые с косами.
* * *
Мертвые громады
Умерших твердынь.
Сумерек прохлада,
Горькая полынь.
Скоро почернеет
Ледяная синь.
Ветер - песнопенье
Умерших богинь.
Мертвые громады
Башен-мертвецов.
Видишь пламя ада
В прорезях бойниц.
Залиты покои
Тишиной-свинцом.
Пламя пожирает
Желтизну страниц.
Там где были храмы -
Капища неверных.
Где сверкали травы -
Сажа и зола.
И цветы истлели,
Только запах серный
Плщет из разломов,
Где клубится мгла.
Где то за горами
Мир где все иначе.
Здесь клубится пламя,
Скорбный ветер плачет.
Здесь белеют кости
И чернеет копоть,
Буквы на страницах
Ничего не значат.
Мертвые громады
Умерших твердынь.
Сумерек прохлада,
Горькая полынь.
Скоро почернеет
Ледяная синь.
Ветер - песнопенье
Умерших богинь.
ПЛАЧ ТЕНЕЙ
Тени танцуют на сцене стены.
Тени безмолвны и холодны.
Пока не опустится тьма - их палач,
Ты будешь слушать их плач.
Это плач по убиенным,
Не вернувшимся из плена.
Плач по заживо сожженным
И разорванным на части
По изчезнувшим навеки.
В черной ненасытной пасти.
На столбах скрпят колеса,
От дождя набухли петли.
Плач теней, незримы слезы
Их глаза давно ослепли.
Это плач по убиенным,
Не вернувшимся из плена.
Плач по заживо сожженным
И разорванным на части
По изчезнувшим навеки.
В черной ненасытной пасти.
Ты не встанешь в круг теней.
Недоступна их обитель.
Ты живой, из царства дней.
Ты живой, ты воин - мститель.
Слушай плач по убиенным,
Не вернувшимся из плена.
Плач по заживо сожженным
И разорванным на части
По изчезнувшим навеки.
В черной ненасытной пасти.
КОЛЫБЕЛЬНАЯ
Спят деревья великаны,
В небо окуная кроны.
Пряди белого тумана
Извиваются так сонно.
Терпкий сладкий запах лунный.
Спи, усни волчонок юный,
Пусть тебе луна приснится.
Ветер вновь колышет тени.
На охоте мать волчица.
Помнят травы след оленя.
В небесах горит Луна.
Спи, волчонок, спи.
Станешь ты могучим волком,
Только потоерпи.
И лучи Луны кусая,
Ты клыки свои отточишь.
Вырастешь, возглавишь стаю.
Будешь делать, что захочешь.
Спят деревья, дремлю травы.
Лик Луны над головой.
Но зовет на пир кровавый
Серебристый волчий вой.
Облаков сверкает пена.
Перерубленные вены.
Бьют багровые фонтаны,
Струи алые журчат.
И сгущаются покровы
Предрассветного тумана
И несет волчица пищу
Для своих волчат.
И ВСЕ НАЧНЕТСЯ ЗАНОВО
Когда белый свет не бел,
А мрак могил не мил -
Тот кто следит за нами
Нажмет на Ctrl-Alt-Del
И позабудь про то, что ты
На этом свете жил.
И мир презагрузится.
Вселенная презагрузится.
И все начнется заново.
И все начнется заново.
Из ниоткуда в никуда
Плывут по речке глыбы льда
Из ниоткуда в никуда
Плывут по небу облака.
Ты знаешь ночь не навсегда,
Как впрочем, день не навсегда.
А навсегда осталась боль
И жгучая тоска.
Есть пики гор и дыры нор,
И есть стеклянный тлен витрин.
Есть пыль и гниль, есть ложь и быль,
Есть крики плавящихся льдин.
Есть жмурики, хабарики,
Бытылки в мертвом скверике.
Есть жизь и смерть,
Но это все - не повод для истерики.
А мрак могил давно прогнил
Он скоро рухнет в небеса.
А на траве блестит роса,
А белый свет уже не мил.
А белый свет уже не мил,
Есть груз незавершенных дел.
Но тот кто следит за нами
Нажмет на Ctrl-Alt-Del
И позабудь про то, что ты
На этом свете жил.
И мир презагрузится.
Вселенная презагрузится.
И все начнется заново.
И все начется заново.
ЧЕРНЫЙ ТРОН
В черном зале мертвом зале
Где вбирают эти стены
Крики вопли убиенных
Видишь черный мертвый трон
Видишь ты лицо владыки
Он вбирает эти крики
И летит к подножью трона
Тягостный предсмертный стон
В черных залах мертвых залах
Где сверкает позолота
На столах искрятся вина
Кровь струится на картинах
Будет пир ночные гости
Возвращаются с охоты
Вот угасли звуки рога
Через ров опущен мост
Стук копыт разбудит спящих
И свет факелов горящих
Смешан счистым светом звезд
В черных залах мертвых залах
На столах искрятся вина
Мрак сочится из подвалов
Входят верные вассалы
И колена преклоняют
Перед троном господина
В черных залах мертвых залах
Разгорелось пламя пира
Слышишь музыку и вопли
Кровь мешается с вином
И летят сквозь окна крики
На простор ночного мира
На простор ночного мира
Что забылся тяжким сном
В черном зале мертвом зале
У горящего камина
Ровно в полночь начинают
Бить старинные часы
И арздался дикий хохот
По приказу господина
Сквозь распахнутые двери
В черный зал вбегают псы
Слышен хохот господина
Вы мне больше не нужны
И шум схватки затихает
Псы людскую кровь лакают
И свет факелов стекает
С окровавленной стены
И сквозь окна в черном зале
Видишь ты пустынный мир
Над сгоревшими полями
Над пустыми городами
В свете звезд угаснет стон
И над мертвыми телами
Над разбитыми столами
В Свете псиных глаз горящих
Ты увидишь Черный Трон
1992
НА ТВОЕЙ МОГИЛЕ ВЫРАСТУТ ГРИБЫ СОДЕРЖАЩИЕ ГАЛЛЮЦИНОГЕНЫ
Ты похож на общественный туалет
В эпицентре атомного взрыва
Я не знаю сколько тебе лет
Но ты улыбаешься гадко и криво
Ты вдребезги пьян ты устал от борьбы
И ржавой пилой ты пилил себе вены
На твоей могиле вырастут грибы
Содержащие галлюциногены
Ты похож на сожженный детский сад
Где воняет жженым детским мясом
Сквозь твой зад бежит дорога в ад
Но чей член взойдет на эту трассу
Ты вдребезги пьян ты устал от борьбы
И ржавой пилой ты пилил себе вены
На твоей могиле вырастут грибы
Содержащие галлюциногены
1993
БИТЬ СТЕКЛА
За окнами ночь еще одна ночь
Надеюсь не последняя в их длинной череде
Надеюсь что мне не изменит в беде
Луна Луна
Этой ночью не будет сна
Этой ночью борьба
Надеюсь что мне не изменит в беде
Судьба Судьба
Сквозь броню стекла щупальца мрака
Тянутся к горлу вокруг пустота
Надеюсь что мне не изменит в беде
Мечта Мечта
Когда я корчусь на грязном полу
И лампа будто хищника глаз
И вохдух похож на отравленный газ
Мне хочется бить
Бить стекла
Чтоб воздух ворвался в комнату ко мне
Чтоб лунный луч засверкал на стене
Чтоб воздух холодный наполнил мне грудь
Мне хочется бить
Бить стекла
Надеюсь что мне не изменит в беде
Утро
СКАЗКИ ДЛЯ МЕРТВЫХ
Тебе приснится книга,
Переплетенная кожей
Наших далеких предков,
Живших в глубоких пещерах.
Книгу писали твари,
Чья кровь холоднее снега,
Книгу писали твари
Живущие в дальних сферах.
Их лица сотканы из света,
Глаза кусочки стылой мглы,
Их кровь роса в начале лета,
Их плоть холодный снег зимы.
Их крылья сделаны из дыма,
Что стелется над островами
Среди болот необозримых,
Неописуемых словами.
Их когти сделаны из света
Углей горящих в глубине
Ночных пространств где нет
рассвета,
Где звуки тонут в тишине.
И ты переводишь книгу -
Сборник печальных сказок.
Какие странные звуки
Слагают каждую фразу.
Сборник печальных сказок
Сказок для маленьких тварей,
Хищных как будто пожар,
Сжирающий высохший лес.
Они приходили на Землю,
Они спускались в пещеры,
Они уходили обратно,
За грани земли и небес.
Печальные странные сказки
Про замки из серого пепла,
Про странных существ незримых,
Что в темноте превращались
В хищный голодный ветер,
Ветер блестящий клыками,
Про двери куда уходили
И больше не возвращались.
Они приходили на Землю,
Они спускались в пещеры,
И гасли костры во мраке
И билась в агонии пища.
Но хищный голодный ветер
Из сферы могильного мрака
Сжег их тела и души
И выжег дотла их жилища.
И только печальные сказки
Летят в темноте над мирами.
Странные сказки для мертвых
Становятся вещими снами.
И гаснут на древних страницах
Пятна неведомой краски.
Они приходили на Землю,
Они сочиняли сказки.
1993
МОНСЕГЮР
Спроси у тех кто остался
Лежать в алеющем мраке
Про гордые стены и башни
Прекрасного светлого замка
И пусть небосклон так хмур.
И пусть их осталось немного,
Но всех их уводит дорога
Вот песня идущих дорогой
Небесной тропой в Монсегюр
А небо над Монсегюром
Уже становится алым,
И кровь заливает на небе
Утренних звезд кристаллы.
Мертвы закопченные стены,
Стелется дым из бойниц,
Костры у подножия замка,
Столбы у подножия замка,
Но видишь играет улыбка
На камне их утренних лиц.
И пусть дым уносится в небо,
И пусть небосклон так хмур,
И пусть жить осталось немного,
Но ждет за чертою дорога
Вот песня идущих дорогой
Небесной тропой в Монсегюр.
А небо над пепелищем
Уже становится алым,
И кровь заливает на небе
Утренних звезд кристаллы.
1991
СТОРОЖ ОЛЕГ ТАРАСОВ
Лампы на пульте диск телефона
Я сторожащий ночь
Я сторожащий тьму
Вновь в свой наган заряжаю патроны
Наган мой невидим взлетают вороны
Солнцу навстречу и я улыбаюсь ему
В мертвых цехах царит тишина
Кто то невидимый машет рукою
С той стороны окна
Призрак слесаря Степы
Давно утонувшего в душе
Вьется под потолком
Он смотрит такими глазами
Будто вот вот задушит
Поблизости мертвый охранник
Невидимым блещет штыком
Я слушаю скрежеты ночи
Каждый станок не умер
Подумаешь нету тока
Подумаешь нет сырья
Моторы будут вращаться
На много порядков угрюмей
И если кто то приходит к вам ночью
То это вовсе не я
Может быть это Степа
А может быть это Вася
Тот самый электрик Вася
Пописавший в трансформатор
А может быть это не люди
А может тобой убиенный
Злодейски тобой убиенный
Шагающий экскаватор
Но кто бы к тебе не явился
Он свет над тобой заслоняет
И ты извиваешься бьешься
В безбрежных просторах матраса
Но знай что тебе поможет
Но знай что тебя охраняет
С наганом в руках охраняет
Сторож Олег Тарасов
1991
ЭКСКАВАТОР
Доброй ночи тебе экскаватор
Экскаватор копающий рвы
Облаков кровавая вата
Обложила рану заката
Тускло алые крови
Засверкают на стеблях травы
Экскаватор копающий рвы
Эти рвы наполняются плотью
Кто смешал эту плоть со свинцом
То что было когда то лицом
Станет черепом в темных глазницах
Темнота наступающей ночи
Доброй ночи тебе экскаватор
Спи спокойно мотор заглушив
Спите те кто пока еще жив
Будет утро и новые трупы
Будет утро и новые рвы
Доброй ночи тебе экскаватор
Экскаватор копающий рвы
Облаков кровавая вата
Обложила рану заката
Тускло алые капельки крови
Засверкают на стеблях травы
1992
В ДАЛЬНЕМ МИРЕ
В этом мире ярости полном
Черные волны лижут песок
В этом мире цветы твои пахнут
Как долго нестиранный грязный
носок
За чертою за темнотою
За темным огнем что силен и жесток
В дальнем мире носки твои пахнут
Как яркий сверкающий дивный цветок
1992
ЕЖИКИ В ТУМАНЕ
Сотни ежиков в тумане
Злобных ежиков в тумане
С их отравленных иголок
Каплет желтоватый яд
По неведомым дорожкам
Бродит много всякой дряни
Посмотри в ночном тумане
Глазки ежиков горят
Не ходи в туман мой мальчик
Дома сидя на кроватке
Слушай музыку и думай
О всесилии злых сил
А в тумане злобный ежик
Поиграв с тобою в прятки
Все равно тебя прикончит
Сколько б ты не голосил
1992
КРЕСТ ОКОННОЙ РАМЫ
Оконная рама похожа на крест
Креста боится вампир
Из темноты пришедший
Окна осядут стеклянною пылью
Оставив кресты и покой этих мест
Будут хранить распятия рам
Так мне сказал один сумасшедший
Но кто движется ночью
Похожий на тень хищной птицы
Похожий на зимний ветер
Качающий мертвых в петлях
Разбиты хрупкие окна
В щепу расколоты рамы
Узревшие облик тени
Глаза навсегда ослепли
Ночь позади
В щепу расколоты рамы
Мерный стук капель крови
Память ночи ушедшей
Оконная рама похожа на крест
Креста боится вампир
Так мне сказал один
Умерший сумасшедший
1993
АВТОБУС N 666
Приди ко мне, убей меня.
Мне надоело жить.
Огрызки мертвого огня
На небе будут гнить.
Сплетенье улиц в темноте.
Клубок холодных змей.
Смотри - с клыков стекает яд.
Ты пить его не смей.
И встанет дыбом в темноте
Крыш жестяная шерсть.
Я знаю он придет ко мне.
Автобус номер 666.
Приди ко мне, убей меня.
И я приму удар.
Я жду касания огня
Безумных мертвых фар.
И нет движка, и нету шин
Лишь сталь паучьих лап.
И лед полуночных вершин,
К которым нету троп.
А тот кто замер за рулем
Как нарисованный углем.
Похож на сгусток темноты.
Похож на выстрел в лоб.
Я знаю огненный маршрут.
Я знаю где кольцо.
Я знаю улицы умрут.
Залитые свинцом.
Но все равно я буду ждать
И он придет за мной.
Я буду долго умирать
Под полною Луной.
И встанет дыбом в темноте
Крыш жестяная шерсть.
Я знаю он придет ко мне.
Автобус номер 666.
ВЕСНА
Солнца яркие лучи
Освещают мясо
И, не сгнившую в ночи,
Мозговую массу.
И весенний ветерок
Разгоняет вонь,
Трупы разложатся в срок
Их пожрет огонь.
Травка весело цветет
Среди тел гнилых.
К нам весна, весна идет
Среди монстров злых.
Солнце освещает
И концлагеря,
Люди умирают,
На него смотря.
Светом заливает
Пепел деревень.
Вот какой бывает
Светлый ясный день.
1988
О ВКУСНОЙ И ЗДОРОВОЙ ПИЩЕ
Сажусь я за стол в столовой,
И на тарелки смотрю.
Сейчас я едой готовой
Брюхо свое набью.
Суп из гнилых соплей,
И человеческой крови,
Но я не делаюсь злей
Я только нахмурил брови,
Эта столовая наша -
Всего райпищторга оплот
И мозговая каша
Мной отправляется в рот.
Зачем мне кушанья эти?
Странный какой то вопрос,
Я поедаю спагетти
Из спутанных длинных волос.
И мясо я поедаю
Червивое и гнилое,
И его запиваю
Стаканчиком свежего гноя.
Себе говорю молодец,
Не зная еще сюрпризе,
И ем я потом холодец
Из гнойной вонючей слизи.
Себе говорю я "Ура!
Победа осталась за нами! "
Ко мне идут повара
С кухонными ножами.
А за решеткой деревья, трава,
Солнечным светом согреты,
И надо мной громыхают слова:
"Этот пойдет на котлеты".
1988
КАНАЛ
Люди шли по берегу канала
И страшная сила куда то их гнала.
Деревья стояли,
Их пышные кроны
Тела наполняли
И их балахоны
Заполнены жидким гноем,
Довольством и вечным покоем.
Небо кругом голубое,
Тела иногда срывались
И лужами жидкого гноя
Эти тела расплывались.
Тела расплывались полнее реки
И в них извивались, ползли червяки.
Они извивались,
На солнце сверкая,
И в гное купались,
Покой обретая.
А люди спокойно шли,
По берегу канала,
Виднелись им вдали
Груды сгнившего кала.
Шли, не зная еды,
Не глядя на кирпичи,
Вдали им виднелись пруды
Гнойной спермы и мочи.
А гнойные воды
Струились в канале,
Струились как годы,
И где то впадали
В пруды из загнившей мочи,
В пруды с островками кала,
Стучали людей керзачи
И солнце над ними сверкало.
1988
ИСПОВЕДЬ НЕКРОФИЛА
Он еще теплый, но скоро остынет,
Я еще час рядом с ним посижу,
Когда его попа сомкнется, застынет,
Я мощный член уж в нее погружу.
Конечно покойник не очень то милый,
Я еще в детстве других обожал -
О милый труп, извлечен из могилы,
Где он уже долгий срок пролежал.
Милый покойник и мясо гнилое,
Теплое мясо а в не м червяки,
Сгнило лицо, не такое уж злое,
Скоро отвалятся обе руки.
Вид наслаждения избран судьбой.
Душа мертвеца улыбается.
Гнойное мясо - оно под тобой
Мнется и растекается.
Что души не чувствуют плотских
утех,
Глупость и заблуждение!
Верю что души покойников тех
Снова вкусят наслаждение.
Души покойников чувствуют пыл,
Надо об этом знать.
Ну этот покойник, он вроде остыл,
Значит пора начинать.
1988
ЕЛКА
В детском саде Новый Год.
Дети очень рады -
В садик елку принесли,
В качестве награды.
А на елке сгнивший труп,
Истекает гноем.
Дети гной хватают ртом,
Пьют его запоем.
Труп повешенный за то,
Что он не трудился,
Не помывши свой горшок,
На него садился.
Дети водят хоровод,
Дети очень рады -
В садик елку привезли
В качестве награды.
А на елке сгнивший труп
Истекает гноем.
Дети гной хватают ртом,
Пьют его запоем.
1989
ИМЕНА
Я так хочу отдать концы,
В лесу где бродят мертвецы,
Такие же как я.
Не умер, но уже не жив,
Бреду сквозь ночь,
Насквозь прогнив,
Неся зловоние и смерть
В далекие края.
Во мне плодятся червяки,
Мокрицы лезут из ушей,
Я зачерпну пригоршни вшей
И буду лакомится ими.
Пусть молодые червяки
Щекочут сгнившие кишки,
Но мне плевать - ведь у ворот
Я снова вспомню Имя.
Во мраке памяти моей,
Как звери дремлют Имена
И обладатели Имен
Царят в холодной темноте.
Вот имя стража у ворот,
За ними скрыта та страна,
Куда уходят червяки
Из наших сгнивших тел.
Во мраке памяти моей
Как звери дремлют Имена.
Я пробуждаю тех зверей
Касанием руки.
Они сожрут мой сгнивший мозг.
Смотри из задницы окна -
Из мириадов мертвых тел
Ползут к Воротам червяки.
1993
САДИЧЕСКИЙ УНИТАЗ
Человек идет в туалет
И садится на унитаз
У него подозрений нет
Что сидит он в последний раз
Страшные мерзкие звуки
Несутся из недр унитаза
Человек вытирает руки
И думает вот зараза
Съел я гнилые консервы
И мнет он газету в руках
Но напрягаются нервы
И расходится волнами страх
Человек с унитаза срывается
И колотит руками в дверь
Безумный крик вырывается
Кричит он как раненый зверь
Дверь уже не открыть
Никак уж не отпереть
Неужто не может быть
Должен я здесь умереть
К двери прижался спиной
Окружает рассудок тьма
В унитазе пенится гной
И в гное кучи дерьма
Вонючая гнойная жижа
Все льется льется и льется
Она все выше и выше
Человек в этой жиже бьется
И вот его голова
Исчезает в вонючем дерьме
И прозвучали слова
Все мы подвластны тьме
1988
ИДИЛЛИЯ I
Люблю покакать по ночам
Я сидя на балконе
Летит подобно кирпичам
Вниз кал со струйкой вони
И кто то там внизу стоит
Там под моим балконом
И кал уж на него летит
По всем земным законам
А он все смотрит на окно
Где счастья он искал
Но вдруг становится темно
Взор застилает кал
И кал тот тепл и вонюч
Струится по лицу
Луна вдруг выглянув из туч
Всю ночь ведет к концу
Люблю тебя во свете дня
Окну он произнес
Как хорошо что у меня
Был в эту ночь понос
1988
ИДИЛЛИЯ II
Я вышел справить малую нужду
А из туалета доносились звуки
Но ничего сказал я подожду
И взял гранату из кармана в руки
Оттуда доносились звуки эти
И вдаль неслися прям над головою
И было ясно в тот момент в туалете
Любовью занимались эти двое
Туалет залит потоком жаркой
страсти
А я стою и больше не могу
Решил и я тогда прибегнуть к власти
И из гранаты выдернул чеку
Метнул гранату словно в печь полено
Хотя хотел туалет не повредить
Над ухом просвистел кусочек члена
А это значит можно заходить
И я себе позволил улыбнуться
Как ловко я покончил с этим злом
И главное теперь не поскользнутся
И не упасть в зияющий пролом
1988
САДИЧЕСКИЙ ОНАНИЗМ
Садический онанизм
Я отрывая руки
Требует мой организм
Мне избавленья от скуки
Садический онанизм
Вопли приятней симфонии
Садический онанизм
Кто то в оргазме а кто то в агонии
Садический онанизм
В бабах я не нуждаюсь
Гуманность она атавизм
Это я так наслаждаюсь
Садический онанизм
Вопли приятней симфонии
Садический онанизм
Кто то в оргазме а кто то в агонии
Садический онанизм
Сердцу нужны перемены
Тех кому мил гуманизм
Всех я пожгу автогеном
Садический онанизм
Вопли приятней симфонии
Садический онанизм
Кто то в оргазме а кто то в агонии
Садический онанизм
Люди не забывают
Люди спешат в коммунизм
Всех на пути убивают
Садический онанизм
Вопли приятней симфонии
Садический онанизм
Кто то в оргазме а кто то в агонии
1988
РОДСТВЕННЫЕ ДУШИ
По улицам ходит маньяк с молотком
Идет в керзачах без штанов
Но срамное место прикрыто платком
А это одна из основ
Идет он сжимая в руках молоток
Никак не найдет он гвоздей
Но ничего подожду я чуток
Побью молотком я людей
Счастливец несет себе сахар песок
Его приобрел он в ночи
Но меткий маньяк уже метит в висок
И громко кричит получи
Мир без гвоздей так безумен и пуст
Хоть маленький гвоздик забить
И слышится только черепа хруст
И надо ублюдка добить
Череп уже разнесен на куски
Печальный итог таков
Лежат на асфальте белеют мозги
И стелется кровь мех мозгов
Идет он по улице ищет гвоздя
Она в темноте даже сера
На переулке чуть погодя
Видит он милиционера
Товарищ скажите а где мне найти
Хотя бы немного гвоздей
Иду не могу никак сбиться с пути
Иду убиваю людей
А почему вы в одних керзачах
Смотрю я на вас удивляюсь
В детстве чуть было совсем не зачах
Ну а теперь закаляюсь
Похвально я кажется с вами знаком
Он улыбнулся улыбкою гадкой
Ты убиваешь людей молотком
Я убиваю людей рукояткой
У нас в отделении много таких
Только таких и берут
Ты хорошо еще несколько тих
Другие истошно орут
Свой человек это видится сразу
Давай поступай ты работать и к нам
Я не хочу убивать по приказу
Хочу убивать по желанию сам
Чем соблазнять меня в вашу контору
Сказал бы ты где бы достать мне
гвоздей
В такую ночную и темную пору
Хочется гвоздик забить поскорей
У нас в отделении много гвоздей
Крепкие гвозди железные
Мы забиваем те гвозди в людей
Вещи такие полезные
Плотной стеною раскинулся мрак
Тени растут и растут
Милиционер и веселый маньяк
Вместе во мраке идут
1988
ПОСЛЕДНИЙ АЛКОГОЛИК
Последний алкоголик
Ползет в ночную тьму
Закуска водка столик
Мерещатся ему
Он прятался в подвалах
От страха посинел
А жить осталось мало
Ведь ждет его расстрел
Ведь на его беду
Шли годы чередою
Мерещатся в бреду
Ларьки времен застоя
Кругом его враги
Не потерял он веры
Слышны во тьме шаги
Идут милиционеры
Не знают о пощаде
Сжимают рукоятки
Мечтают о награде
И о победе в схватке
А он глядит во тьму
В глазах застыл упрек
И видится ему
Стоит пивной ларек
Он бросился к нему
Но в этот страшный миг
Разрезал выстрел тьму
И затихает крик
На землю падает он
Не повезло вот зараза
И затихает стон
Последней жертвы Указа
1988
СДАЧА
Гражданин пришел в магазин
Чтобы батон купить
Он был без оружия он был один
Ему очень хочется жить
Глядит на него кассир
Перед ним возвышается касса
Злобен кассир как вампир
Которому хочется мяса
От страха чуть не плача
Гражданин глядит на него
Вы мне не дали сдачу
Ну а в ответ ничего
Гражданин продолжает стоять
На что то надеется он
Батон был за двадцать пять
Я купил лишь один батон
О несчастная жизнь моя
Гражданин подавляет стон
Вы не дали мне сдачу с рубля
Ну а кассир удивлен
Какая еще там сдача
Шутник он что ли остряк
А может быть не иначе
Какой то опасный маньяк
Кассир достает автомат
Новенький только со склада
Я ведь не виноват
Я больше не буду не надо
У кассы замерла очередь
Затих продавщицы мат
Гремит автоматная очередь
В руках дрожит автомат
И вот гражданин убит
В магазине царит тишина
В тишине этой голос гремит
Ну кому еще сдача нужна
1988
УЩЕЛЬЕ ХРУСТАЛЬНОЙ ЖОПЫ
Я видел хрустальную жопу
Из жопы валились говешки
Сверкающие говешки
И горного хрусталя
Они разбивались о землю
Со звоном искрящимся звоном
И звон метался в ущелье
Мгновенья прекрасные для
В ущелье мне встретился призрак
Он был абсолютно невидим
Невидим неслышим бесплотен
И видимым был только член
И члена касались руки
Стеклянные тонкие руки
Стеклянные руки так нежно
Ласкали мерцающий член
Из члена вдруг брызнула сперма
Она разъедала скалы
И рушась угрюмые скалы
Разбили хрустальную жопу
И я закричал и заплакал
И с плачем покинул ущелье
Я шел и меня окружали
Глухие окольные тропы
1993
КАРЛИКИ ИЗ КАНАЛИЗАЦИИ
Карлики из канализации
Карлики детоубийцы
Карлики пожиратели крыс
Капельки крови падают вниз
И в этот поздний полуночный час
Я превращаюсь в унитаз
Я превращаюсь в унитаз
Я унитаз вампир
Я превращаюсь в унитаз
Я унитаз вампир
И ровно в полночь из меня
Вылезут карлики детоубийцы
Карлики пожиратели крыс
Карлики пожиратели снов
Капельки крови падают вниз
Ведь карлики любят теплую кровь
1993
Я ССУ НА ТВОЙ ТРУП
Я ссу на твой труп
Я ссу на твой труп
Ты извини быть может я груб
И желтой листвой шелестит чахлый
дуб
Сверкает Луна
Я ссу на твой труп
Дырка во лбу
Кровь и моча
Кровь горяча
И моча горяча
Растаявший снег
Желто красная грязь
Я ссу на твой труп
Мне никак не попасть
В дырку во лбу
Спит небосклон
Отлитый из трупного воска
Но все таки я туда попаду
Ты слышишь чувак - я нассу в твои
мозги
Я ссу на твой труп
Я ссу на твой труп
Ты извини быть может
Я груб
Опавшей листвой шелестит чахлый
дуб
Сверкает луна
Я ссу на твой труп
1993
ВСЕ ЧТО ТЕБЕ НУЖНО ЭТО ЛЮБОВЬ
Ехал Грека через реку
Видит Грека в реке рак
Вскинул Грека в воздух палец
И сказал он раку fuck
Злобный рак покинул реку
Разорвал на части Греку
Сытый злобный и довольный
Рак ушел в кровавый мрак
Сытый злобный черный рак
Что купается в крови
Но все что тебе надо
Это немного любви
На дворе трава
На траве дрова
На дровах тела
А вокруг зола
На дворе трава
И трава в крови
На траве дрова
На дровах тела
Но все что тебе надо
Это немного любви
У кота была глиста
Он ее любил
Она съела всю реальность
Он ее убил
Эта сраная реальность
Вся измазана в крови
Но все что тебе надо
Это немного любви
1993
ПОЖИРАТЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ
Пожиратель Вселенной
Спит в темноте твердокаменных лет
Его окружают неяркие стены
Его окружает лампочки свет
Золото дней и ночей серебро
Солнечный луч как перо под ребро
А лучик Луны как иголка шприца
Давай свою дозу введи до конца
Вот свет Луны обжигающий спирт
Пей неразбавленным этот напиток
Ты вдребезги пьян и весь мир уже
спит
Перед тобою все двери открыты
Пожиратель Вселенной
Не знает ужасного слова рассвет
Вокруг него пенятся серые стены
В глазах его пенится лампочки свет
Пожиратель Вселенной
Знает что скоро надо вставать
Скоро пора уже браться за дело
Не ведая жалости все пожирать
Солнце и звезды дворцы и ограды
Все пожирать не зная пощады
Золото дней и ночей серебро
Солнечный луч как перо под ребро
А лучик Луны как иголка шприца
Давай свою доэу введи до конца
Вот свет Луны обжигающий спирт
Пей неразбавленным этот напиток
Ты вдребезги пьян и весь мир уже
спит
Перед тобою все двери открыты
Мы будем торчать на земле этой
тленной
И каждый из нас Пожиратель
Вселенной
1993
МСТИ ЗА ТО ЧТО МИР ПРОПИТАН ЗАПАХОМ ДЕРЬМА
Над асфальтом стены
А над ними жесть
И зловонный ветер
Шепчет слово месть
Пусть в вонючем зное
Плавятся дома
Мсти за то что мир пропитан
Запахом дерьма
В темных коридорах
Бегают слоны
Крик взрывает порох
Зыбкой тишины
Быть тиранозавром
Я почту за честь
Ветер над помойкой
Шепчет слово месть
Пусть в вонючем зное
Плавятся дома
Мсти за то что мир пропитан
Запахом дерьма
Я тиранозавр
Злой как пылесос
Злой понос задушит
Запах алых роз
Я хвостом ломаю
Стены и ларьки
В темных коридорах
Дохнут пауки
Темнота сказала
Я ответил есть
И сквозняк в подвалах
Шепчет слово месть
В этот жаркий полдень
Ты сойдешь с ума
Мсти за то что мир пропитан
Запахом дерьма
1993
* * *
Перископ субмарины
Над гладью сентябрьской лужи
Фонари превращаются в змей
Их свет становится ядом
Все - завтра бросаю пить
1994
* * *
Холодные капли дождя
Шипят на стволе автомата
Рвы переполнены за день
Солдаты очень устали
Как много в мире евреев
1994
* * *
Комок стекловаты
Засунутый в задний проход
Петля на качелях
Ужас в провалах глаз
Счастливые годы детства
1994
Тесная кабина трактора Кировец
Забрызганный спермой ватник
Голый механик Степанов
Мой член запутался в волосах растущих на его спине
О бездна блаженства
1991
* * *
Я пукаю в ванной и пузырьки
Из грязной воды мягко рвутся наружу
Они так изящны они так легки
Ну как твоя попка нисколько не хуже
Приди ко мне в ванную мой дорогой
И в этом прекрасном уютнейшем месте
С тобою вдвоем мы попукаем вместе
Тебя обниму волосатой ногой
1990
* * *
Я накакал прямо на пол
И дерьмо мое воняет
Этот факт он в нашем мире
Ни... не изменяет
Я вошел к тебе без стука
И нассал тебе на стену
Ну и что а в нашем мире
Все осталось неизменным
Срите какайте мочитесь
Все как было так и будет
Скоро мы в дерьме утонем
И земля про нас забудет
1990