"Как спастись от пеликана"

I

Несмотря на бесчеловечные эксперименты с дохлыми лягушками Монти так и не удалось изменить погоду. Дождь как и моросил последнюю пару месяцев так и продолжал моросить, издеваясь над людьми и синоптиками. Впрочем для Плимута это вполне приличная погода, другой здесь практически не бывает. Несмотря на это Монти продолжал упорно испытывать разнообразные народные средства по вызыванию солнца, видимо руководствуясь принципом: "Если долго мучаться, то что-нибудь получится". Вот и сейчас, подходя к старой двери, за которой ютилось агентство, я услышал глухие удары тамтама.

Если честно, то сперва я малость удивился. За годы общения с Монти я привык и не к таким вещам, но согласитесь идя на работу меньше всего ожидаешь услышать там тамтам. Я замер положив руку на ручку и прислушался. С другой стороны мало того, что играли так еще и пели, гнусавым голосом, на непонятном языке. Я задумался пытаясь представить себе, что же там твориться, но в тот самый момент когда я добрался до самой отвратительной версии дверь распахнулась и предо мной возникла Джесика.

-- Мистер Эшли! -- заявила она, прямо с порога, своим визгливым голосом. -- Это уже слишком! Я не намерена терпеть подобные издевательства! Если он не прекратит все это, я уволюсь! НЕМЕДЛЕННО!

И прежде чем я успел произнести хоть слово, схватила плащ и убежала. Я опешил. Конечно Джесика была самой нервной из всех нервных секретарш и довольно часто срывалась и убегала, но что бы грозить увольнением... Такого с ней не было никогда и это угроза привела меня в ужас. Где мы еще найдем другую сумасшедшую, которая согласится на подобную работу, за такие деньги? Тем более, что последнее время Монти все чаще забывал их ей выплачивать. Кажется он определенно перегнул палку. Намереваясь все это ему высказать я вошел внутрь.

Первая мысль, которая мелькнула в моей голове после этого шага заключалась в том, что лучше всего будет последовать примеру Джесики. Не такая уж и просторная комнатка, в которой ютилось агентство, была похожа на что угодно, но только не на себя саму. Вся мебель была свалена в какую-то бесформенную кучу, видимо с целью увеличить свободное место, но в результате этого места практически не стало. Где только можно, и даже там где нельзя, горели ароматизированные свечи и разнообразные благовония наполняя помещение нелепой смесью запахов. Сам Монти стоял у стенки и напряженно курил не сводя глаз с того, что и вызвало столь поспешное бегство секретарши.

Посреди комнаты стоял огромный барабан раскрашенный в дикие цвета. Вокруг него прыгал и пел какой-то сморщенный старикан одетый в искусственную леопардовую шкуру. Его лицо при этом выражало такое напряжение, будто он пытался поднять пятидесятикилограммовую гирю или постигнуть глубины квантовой физики. Я вопросительно посмотрел на Монти. Завидев меня тот знаками дал понять, чтобы я молчал, пока этот непонятно кто исполняет свой безумный танец. Я дал понять ему, что ничего подобного я делать не собираюсь. На лице Монти появилось плохо скрываемое раздражение и он на цыпочках подошел ко мне.

-- Что здесь происходит? -- спросил я, стараясь чтобы мой голос звучал как можно тверже. К сожалению с Монти подобные штуки не проходят.

-- Тим, ради Бога, только тихо! -- зашептал он. -- Ты можешь нарушить атмосферу!

-- Какую атмосферу? -- не сдавался я.

-- Африканский шаман, Юбрая Малиновый Лев производит ритуал разгона облаков...

-- Африканский шаман? -- изумился я. -- По моему он больше похож га шотландца, у которого крыша поехала больше обычного. Это случаем не зеленщик с соседней улицы?

-- Да. -- подтвердил Монти. -- Это МакФергюсон. Но на самом деле он шаман Юбрая Малиновый Лев, только тщательно скрывает это...

-- Ага. -- сказал я, одним тоном давая ему понять, что я думаю о нем, МакФергюсоне а также вообще о шаманах и шотландцах. Как обычно Монти сделал вид, что ничего не заметил.

"Шаман" тем временем извлек откуда-то жаровню и развел под ней огонь, не переставая при этом колотить в свой тамтам- временами сбиваясь с ритма, но не теряя энтузиазма.

-- Как бы он тут пожар не устроил. -- пробормотал я.

-- Не устроит. -- пообещал Монти.

Я с сомнением уставился на это действо. Из каких то глубин своего одеяния МакФергюсон достал кожаный мешочек и начал сыпать в жаровню какой-то порошок. Запах в комнате стал совершенно отвратительным. Я закашлялся.

-- Редкое зелье. -- гордо сказал Монти. -- Листья пустынной акации, скорпионы, скарабеи...

-- Когда я ребенком нашел дохлого ежа, он пах точно также... -- выдавил я пытаясь восстановить дыхание.

-- Дохлый еж? -- задумался Монти. -- Сомневаюсь, что в состав входит дохлый еж, они в Африке редккость. Может миссионер?

Я только отмахнулся от него рукой и выскочил из комнаты. Пожав плечами Монти последовал за мной.

-- Самое интересное, -- продолжал он говорить. -- Что эта штуковина работает. Я выглядывал в окно -- дождь стал потише...

-- Джесика заявила, что если ты не прекратишь это, она уволится с работы.

-- Уволиться?! -- возмутился Монти. -- Да куда она пойдет...

-- Куда угодно, -- перебил я его. -- Я бы сам, на ее месте, уволился.

-- Но мы почти разогнали эти противные дожди! Ни в коем случае нельзя останавливаться.

-- С дождями мы еще проживем... -- серьезно сказал я.

-- Не факт. -- перебил Монти.

-- А вот без секретарши...

-- Не факт.

В этот самый момент зазвонил телефон. Монти дернулся:

-- Он собьется с ритма и тогда... Джесика! Быстрее возьми трубку! -- заорал он.

-- Она ушла. -- ехидно заметил я.

Окинув меня осуждающе презрительным взглядом Монти бросился назад. Из комнаты раздался жуткий грохот, видимо мебельные нагромождения не были готовы к его вторжению. Телефон продолжал трезвонить и вместе с тамтамом, странным воем и ругательствами Монти, которому отдавило ногу, выходила совершенно нелепая какофония. Я осторожно заглянул туда.

Монти, с совершенно идиотским выражением на лице, сидел на полу в окружении рухнувших стульев, столов и полок. Вокруг него отплясывал вошедший в раж МакФергюсон, крутя над головой, что-то подозрительно похожее на облезлую кошку. Исходя из того, что оно и вопило как облезлая кошка я пришел к выводу, что это она и была.

Тщательно осмотрев этот сумасшедший дом в поисках надрывающегося телефона я, в итоге, обнаружил его на шаткой конструкции из книг по занимательной криминалистике, которые Монти читал на досуге. Осторожно, чтобы и она не рухнула, я снял трубку.

-- Детективное агентство "Касабланка". Мы раскроем самые страшные тайны, справимся с самыми сложными делами. Мы уже четыре раза спасли Англию от неминуемой гибели. -- выпалил я фразу, которой Джесика обычно начинала телефонные разговоры, даже в нерабочее время, а затем добавил от себя. -- Чем могу помочь?

На том конце провода что-то сказали, но из-за звуков, которые издавали Монти и МакФергюсон я ничего не расслышал. Я замахал им руками, чтобы они вызывали солнце малость потише. Зеленщик хоть и был шотландскоафриканским психом, но сделал доброе дело и оставил в покое кошку. Сразу стало значительно тише.

-- Прошу прощения, -- переспросил я. -- Что вы сказали?

В трубке раздались сдавленные всхлипывания.

-- Только не нервничайте... -- попытался я успокоить позвонившего. Сам же я думал о том как бы не начать нервничать самому, ибо Юбрая Малиновый Лев МакФергюсон опять начал сыпать в жаровню свой порошок.

-- Это все Сеймур... -- прорыдал позвонивший. -- Мы с таким трудом нашли его, а здесь он сбежал.... А в полиции говорят, что они не собираются...

Он опять сорвался на рыдание.

-- Не волнуйтесь, -- сказал я бодрым голосом. -- Сто фунтов в неделю, и мы найдем кого угодно, где угодно...

-- Конечно, конечно. -- залепетали мне в ответ.

Вспомнив как поступает в таких случаях Монти я исправился.

-- Прошу прощения, заглянул не в тот документ. Триста в день...

-- Конечно, конечно. -- видимо эта сумма их совсем не испугала. -- Только быстрее приезжайте...

-- Куда? -- на всякий случай уточнил я.

-- В Плимутский клуб орнитологов-любителей. -- честно ответили мне. -- Только побыстрее...

В трубке раздались короткие гудки. Пожав плечами я повесил ее.

-- Сколько? -- строго спросил Монти, заметив что я закончил разговор. Когда дело доходило до денег он полностью менялся.

-- Триста в неделю. Только надо быстро приехать.

-- А кто наниматель?

-- Орнитологи -- любители. Что у них то могло случится?

-- С этих можно было получить и больше. -- угрюмо сказал Монти. -- Ну ладно, поехали.

Он направился к выходу.

-- А с этим что будем делать? -- кивнул я в сторону МакФергюсона.

-- Пусть шаман работает. Все равно пока никому не мешает.

-- Как сказать. -- вздохнул я и вышел вслед за ним.

II

Как бы Монти не мечтал о новенькой "Феррари" или "Порше", пока ему приходилось довольствоваться желтеньким "Ситроеном" ненамного моложе его самого. Машина ездила разве что чудом и при этом издавала такие звуки от которых шарахалась большая часть пешеходов, впрочем это Монти нисколько не смущало. Доверив свое "сокровище" мне, он сидел на заднем сиденье и читал утреннюю газету.

-- Ну и что интересного пишут? -- поинтересовался я.

-- Как обычно. -- зевнул Монти -- Война на Балканах, кинофестиваль в Париже. Какая-то старуха завещала своей черепахе двести тысяч...

-- Вот повезло рептилии. -- вздохнул я.

-- Ну черепахи живут очень долго, -- утешил меня Монти -- Когда-нибудь деньги кончатся. А вот еще интересная заметка...

Он глубоко вздохнул и прочитал:

-- В городе появилась чудовищная птица, совершающая нападения на людей. По словам очевидцев она выглядит как огромный и очень грязный баклан, у которого нет одного глаза. Чудовище набрасывается в основном из-за мусорных баков, в районе порта, на людей имеющих при себе рыбу. В больницы уже обратилось трое пострадавших. По словам представителей "Гринпис" это новая мутация, вызванная чрезвычайно нездоровой экологической ситуацией в Плимуте.

-- Думаешь Энди написал? -- спросил я.

Энди Пэлин это наш общий приятель. Время от времени он помогает нам в расследованиях, отчасти из-за своего нестандартного мышления, отчасти из-за того, что по наследству от дедушки ему достался револьвер. Остальное свое время он тратит на написание юмористических рассказов, которые никто не печатает и подобных вот заметок, которые с радостью печатают все дешевые газеты Плимута.

Монти еще раз окинул глазами газету.

-- Не его стиль. -- в конце концов выдал он свое заключение. -- Всего трое пострадавших и не одного трупа.

-- Действительно. -- согласился я. -- В последней истории у него их было двадцать пять.

-- Веселенькая история. -- вздохнул Монти.

Тем временем мы добрались до места. Плимутский клуб орнитологов-любителей располагался в уродливом здании из красного и белого кирпича, больше похожем на сумасшедший дом. Если бы не бронзовая табличка на двери я бы ни за что не поверил, что мы приехали туда куда нужно.

-- Мерзкое здание. -- буркнул Монти, подтверждая мое мнение.

Я позвонил. Дверь открыл камердинер, высокий и напыщенный, как императорский пингвин. Окинув нас взглядом полным тоски и презрения он заявил:

-- Здесь этот номер не пройдет!

-- Простите? -- не понял я. Признаться это был не тот прием, которого я ожидал после такого звонка.

-- Я говорю о том, -- сказал камердинер таким тоном, будто разговаривал с страдающим кретинизмом ничтожеством. -- что в этом доме никому не нужны ни новые японские шариковые ручки, ни вьетнамские программируемые утюги, ни последнее издание Британской энциклопедии, ничего из то-го, что могут предложить такие как вы.

Если честно, то не очень приятно, когда тебя принимают за торговца энциклопедиями или программируемыми утюгами. Я то обиделся, а уж возмущению Монти просто не было предела.

-- К вашему сведенью, -- прошипел он -- мы не собирались предлагать ничего подобного вашим любителям птичек. Мы являемся представителями детективного агентства "Касабланка" и нас сюда вызвали по чрезвычайно важному делу.

-- Хм... -- сказал малость озадаченный камердинер.

-- Вот и я так думаю! -- гордо заявил Монти, всем своим видом давая понять, что его оскорбили в самых лучших чувствах.

-- Пройдемте. -- сказал камердинер сделав вид, что ничего не произошло. Даже не извинился.

Расстроенные подобным приемом мы вошли. Внутри это здание выглядело даже побезумнее чем снаружи. Дорогой паркет соседствовал со стенами отвратительно коричневого оттенка и нелепым искусственным плющом. И главное везде стояли чучела птиц, муляжи птиц, фотографии и картины птиц -- без какой либо системы, но зато их было много.

-- Подождите здесь. -- выдал камердинер, абсолютно стерильным голосом, лишенным даже намека на эмоции. -- Я доложу о вас.

Он удалился, медленно и видимо захлебываясь от чувства собственного достоинства, как и положено пингвину.

-- Забавное местечко. -- сказал Монти, как только он ушел.

-- Есть немного. -- подтвердил я.

Мы лениво прогуливались по комнате рассматривая скопления чучел.

-- Ты тут поосторожней. -- посоветовал я Монти, после того как у совы которую я решил посмотреть поближе выпал стеклянный глаз.

-- А что может случиться? -- зевнул Монти. В тот же самый момент на него упал огромный африканский страус.

-- На тебя может упасть страус. -- ответил я ему.

-- Это я уже понял. -- буркнул Монти поднимаясь на ноги. -- В следующий раз постарайся быть чуть побыстрее.

-- Что со страусом? -- спросил я.

Монти поднял чучело. Не сказать чтобы падение благоприятно сказалось на и без того не слишком везучей, птице. Голова была задрана под непонятным углом, шея стремилась к синусоиде, а из-за того что верхняя половина клюва малость съехала на бок вид у него был в лучшем случае забавный. Монти попытался хотя бы выправить шею, но страусу от этого стало только хуже.

-- По моему его лучше спрятать. -- подвел он итог. Спорить я не стал. Правда скрыть чучело страуса не так уж легко. Мы кое как затолкали его в угол, так что бы он не особо бросался в глаза, и наставили вокруг особо ярких попугаев для отвлечения внимания. Едва мы это успели сделать, как в комнату вплыл пингвин-камердинер, а следом за ним личность весьма жалкого вида.

С первого взгляда можно было определить, что это именно орнитолог-любитель. Он был маленький, щуплый, в мешковатом пиджаке и огромных очках, и при всем при это походил на ужасно несчастного воробья. Окинув комнату водянистым взором (слава Богу, страуса он кажется не заметил) он уставился на нас. Как говорят в таких случаях повисла гнетущая тишина.

-- Джемс, -- наконец поговорила несчастная личность писклявым шепотом. -- это детективы?

-- Да, сэр. -- мрачно ответил камердинер.

-- А... -- протянул орнитолог-любитель и погромче добавил. -- Вы ведь правда найдете Сеймура?

Монти улыбнулся улыбкой, от которой нормального бы человека передернуло.

-- Можете не сомневаться, -- ласково сказал он. -- мы найдем что угодно, где угодно...

-- А кто такой, этот Сеймур? -- на всякий случай спросил я.

Орнитолог медленно поднял руку и показал в угол. Меня словно окатило холодной водой -- в том углу мы укрыли страуса. Не знаю какие чувства испытал Монти, но он продолжил все тем же голосом:

-- Он чучело?

-- НЕТ! Он живой! Он еще живой, -- не выдержал орнитолог, вздрагивая всем телом. -- Они не могли сделать из него чучело, он же редкий!

Признаться я ничего не понял из этой тирады и если бы не камердинер так бы и остался в неведении.

-- Сеймур это пеликан. -- сказал тот. -- У нас здесь чучело розового пеликана, а Сеймур кудрявый. Общество решило организовать в Плимуте орнитопарк, и ради этого мы заказываем живых птиц. Сеймур должен был послужить началом коллекции, но к сожалению в порту он сбежал. В полиции нам сказали, что они не занимаются розыском пропавших пеликанов и поэтому мы были вынуждены обратиться к вам.

-- И правильно сделали. -- улыбнулся Монти.

-- Не думаю. -- тихо буркнул камердинер. Монти смерил его осуждающим взглядом, который камердинер проигнорировал.

-- Вы ведь правда его найдете? -- опять пискнул орнитолог.

Никогда не думал, что быть орнитологом любителем так сложно. Со всей возможной показной искренностью мы заверили его, что полжизни мы только и занимались тем, что искали пеликанов и найти еще одного для нас не проблема. Орнитолога это обрадовало, камердинер презрительно фыркнул. Затем Монти тонко намекнул на то, что неплохо было бы получить деньги за первую неделю. Джемс было возмутился, по поводу того, что работать мы еще и не начали, но Монти сказал, что невозможно поймать пеликана не имея в кармане трехсот фунтов и орнитолог раскошелился. Камердинеру осталось только недовольно ворчать себе под нос.

Закончив с этими формальностями мы покинули Плимутское общество орнитологов-любителей. Как только дверь за нашими спинами закрылась, из-за нее раздался удивленный вскрик.

-- Джемс! А что случилось со страусом?

На всякий случай мы прибавили ходу.

III

-- Куда сейчас? -- спросил я Монти заводя машину.

Тот в который раз потрогал карман в который положил деньги.

-- Ну пока мы можем устроить себе небольшой праздник, -- мечтательно протянул он -- так что поехали в Красный Журавль.

Против этого я не возражал. "Красный журавль Ли" вообще удивительное местечко. Это китайский ресторанчик, спрятавшийся таких закоулках Плимута, что даже сбежавший из сумасшедшего дома несколько раз подумает прежде чем туда сунуться. Но при этом он обладает рядом совершенно уникальных особенностей. Во первых он принадлежит к тем редким местам где практически не чувствуется перманентный для Плимута запах сельди. Правда это добивается при помощи гаммы совсем уж невероятных запахов, но на первых парах такая смена подобна глотку свежего воздуха. Во вторых на весь ресторан был один единственный китаец, который играл джаз на саксофоне, а вся якобы "китайская" еда готовилась по старинным книгам парой совершенно ненормальных ирландцев, что иногда приводило к весьма забавным результатам. И наконец третьей особенностью были коктейли -- самые взрывоопасные смеси на всем южном побережье, безумные настолько что время от времени их пыталась запретить пожарная инспекция.

Когда мы с Монти зашли туда там было практически пусто. Тихо играл саксофон, бармен за стойкой лениво экспериментировал с виски, джином и миндальным ликером, наивная влюбленная парочка пыталась заставить свежего осьминога вернуться обратно в горшочек, да оживленно шептались, за столиком в углу, какие-то сомнительные личности.

-- Привет Сэм. -- радостно крикнул Монти с порога.

Бармен медленно поднял голову.

-- Привет, привет. -- проговорил он. -- Надеюсь ты не забыл, что должен пятьдесят фунтов и больше выпивкой в долг тебя угощать я не собираюсь?

Монти извлек из кармана деньги и показал их бармену. Тот облегченно вздохнул.

-- Что будете пить? -- поинтересовался он.

-- Джин фикс. -- сказал я, так как пока у меня не было желания экспериментировать с потенциальными ядами. Во всяком случае пока мы еще даже не приступили к поискам пеликана, а у меня были смутные подозрения, что эту птицу стоит искать все-таки на свежую голову. У Монти видимо таких подозрений не было и он заказал какое-то розово-голубое безумие в высоком бокале. Мы сели за столик.

-- Теперь можно поговорить и про Сеймура. -- сказал Монти делая большой глоток через соломинку. На минуту его лицо приобрело чрезвычайно удивленное выражение.

-- Он пеликан. -- напомнил я на всякий случай.

Монти уставился на меня как на идиота.

-- Не поверишь, -- потянул он. -- Но это я уже знаю. Надо выяснить, что мы знаем о пеликанах?

-- Это птица такая... -- начал я, но Монти перебил меня.

-- Может лучше позвонить Джесике и попросить ее подготовить материалы?

-- Джесика ушла. -- напомнил я ему. Монти тихо выругался и сделал еще один глоток. На этот раз удивление на его лице держалось дольше.

-- Ну ладно, -- тяжело вздохнул он в итоге. -- Придется обойтись своими силами. Итак пеликан это птица...

-- Ага, -- подтвердил я. -- при этом весьма большая. Ест рыбу...

-- Рыбу? -- переспросил Монти. Я кивнул. Монти задумался.

-- Я знаю где он. -- наконец заявил он.

-- То есть? -- удивился я, без всякой помощи его коктейля.

-- Сеймур. -- пояснил он -- Он в порту.

-- С чего ты взял?

-- В газете написано. Та птица которая на людей с рыбой бросается, это же Сеймур.

-- А разве она не генетическая мутация?

-- Скорее просто пеликан. Не так уж и часто встретишь пеликана в Плимуте за мусорным бачками, и принять его можно за кого угодно, даже за мутанта.

С подобной логикой трудно было поспорить, но это открытие меня совсем не обрадовало.

-- Не нравится мне это. -- угрюмо проговорил я.

-- Почему? -- радостно спросил Монти, воодушевленный своими выводами и осознанием собственной гениальности. На радостях он сделал еще пару глотков, после которых долго ловил ртом воздух пытаясь прийти в себя.

-- Пеликан этот не простой...

-- Разумеется. Во первых он кудрявый, а во вторых мы за него уже получили три сотни...

-- А в третьих, -- язвительно сказал я -- он бросается на людей и уже есть трое пострадавших.

Монти замер и почти минуту даже не шелохнулся.

-- Значит, -- медленно проговорил он наконец. -- Нам надо поймать птицу которая бросается на людей и всего за три сотни в неделю?

Я кивнул. Монти медленно кивнул в ответ.

-- Итак, это резко меняет дело, -- протянул он. -- какие увечья способен нанести пеликан?

-- Не думаю, что особенно серьезные. -- решил я его утешить.

Монти покачал головой.

-- С несерьезными увечьями в больницу не обращаются.

Я вздохнул и пожал плечами, чем нисколько его не обрадовал.

-- Интересно, а зачем он на людей бросается?

-- Думаю он просто голодный...

Монти вздрогнул.

-- Уникальный пеликан-людоед?

-- Скорее он просто отнимает рыбу.

На лице Монти появилось облегчение -- меньше всего он, как впрочем и я, хотел быть съеденным пеликаном по имени Сеймур.

-- Значит этим и воспользуемся, -- сказал он. -- Будем ловить его на рыбу.

Лицо его при это малость перекосило -- больше всего на свете Монти ненавидел рыбу. Живя в городе где рыбой пропахло все, от цветов в оранжереях до виски и джина трудно ее любить. Но ненависть Монти была просто маниакальной и время от времени он даже кидал камни в витрины рыбных магазинов. Впрочем за триста фунтов он готов и не на такой подвиг.

-- Кошмар, -- покачал я головой. -- ты предлагаешь ходить по порту, с селедкой в руках и ждать пока на нас не набросится пеликан?

Монти виновато улыбнулся соглашаясь с моими выводами.

-- Ты представляешь как мы будем глупо выглядеть, размахивая рыбиной и крича "Сеймур!" -- возмутился я.

-- А у тебя есть другие идеи? -- ласково сказал он.

Я призадумался. Идей не было.

-- Нет. -- честно сказал я.

-- Ну вот, -- обрадовался Монти. -- Значит будем действовать по моему плану.

Мне осталось только обречено вздохнуть.

Монти одним глотком допил свой коктейль. Если бы в последующие пару минут кто-нибудь, кроме меня, обратил на него внимание, то он наверняка испытал бы глубочайшее нервное потрясение. Во всяком случае детям, ту гримасу, которая появилась у него на лице, показывать не стоило.

К несчастью кинопродюсеры обычно не посещали "Красный журавль Ли", так что стать новой звездой фильмов-ужасов у Монти не вышло. Кое-как придя в себя он поднялся и прошептав "Пошли.", направился к выходу.

-- Эй! -- строго окликнул его Сэм.

Монти поднял голову и устремил на него удивленный взгляд.

-- Ну чего тебе? -- устало вздохнул он.

-- Было бы очень неплохо если бы ты заплатил за эти и за предыдущие коктейли. Тут тебе не бесплатная разливочная. -- напомнил бармен.

Монти уставился на него, как на полного идиота. Я на всякий случай проскользнул поближе к двери.

-- Сэм, -- сказал он тем тоном, которым объясняют трехлетнему малышу основы молекулярной биологии. -- Ты что не видишь, что у нас дела чрезвычайной важности? Вот будем посвободнее, так сразу зайдем и заплатим.

Мы вышли.

-- Если я еще пущу вас в следующий раз! -- донесся за спиной голос Сэма, но мы его уже не слушали. Нас волновали совершенно иные проблемы.

IV

-- Меня интересует где моя машина? -- медленно проговорил Монти напирая на каждое слово.

Я пожал плечами.

-- Была здесь.

-- Я знаю где она была. Мне интересно где она сейчас.

Я просто не знал, что ответить. Машина, которую мы оставили напротив ресторана словно испарилась.

-- Угнали наверное. -- предположил я.

Монти испуганно посмотрел на меня.

-- И что же мне теперь делать?

-- Можешь обратиться в полицию, -- посоветовал я. -- или детективное агентство.

-- Это что же получается, -- возмутился Монти. -- я буду искать собственную машину и платить самому себе за это деньги?

-- Ну вроде того. -- согласился я

-- Безумие какое-то. -- сокрушенно пробормотал он.

-- Похищать твою машину, тоже было безумием. -- утешил я его. -- Все равно она далеко не проедет.

-- А если ее на запчасти разберут? -- не унимался Монти.

Я с сомнением покачал головой.

-- Если только в металлолом...

Монти разве что не взвыл.

-- Ладно, -- сказал я ему. -- Пойдем займемся поимкой пеликана, может это заставит тебя отвлечься от печальных мыслей.

Я пошел по улице в сторону порта, а Монти поплелся за мной еле переставляя ноги. Впрочем продолжалось это совсем недолго, так как за первым же поворотом мы обнаружили его многострадальный "Ситроен". Монти взвизгнул от радости и бросился к нему.

-- Он цел, он цел! -- не переставал он кричать при этом.

Если не считать записки прикрепленной к лобовому стеклу машина практически не изменилась. Я взял листок и прочитал в слух:

-- Пожалуйста, будьте чуть человечней! Нельзя так издеваться над машиной, тем более над старой.

-- Да, удивительный народ эти угонщики. -- изумился Монти.

Мы залезли внутрь и Монти попытался ее завезти. Из глубин мотора раздались звуки похожие разве что на голодные вопли ежа-мутанта. Затем машина долго кашляла, но в итоге тронулась с места.

-- Кстати, -- сказал Монти -- а как они завели ее так, что мы ничего не слышали?

-- Они наверное умеют обращаться с машиной. -- предположил я.

-- Ужасно, -- только и смог произнести Монти.

Прежде чем ехать в порт Монти заскочил в аптеку, где купил себе пару резиновых перчаток. В другом виде прикасаться к рыбе он категорически отказывался. Приобретя в магазине неподалеку две копченые селедки мы отправились на подвиги.

Как я и предполагал вид у нас был до отвратительного глупый. К тому же, вопреки ожиданиям Монти, в первые пятнадцать минут Сеймур так и не появился, как впрочем не появился и через час. Зато неизвестно откуда появилась просто армия голодных кошек, которые ходили за нами по пятам исполняя на свой манер что-то из King Crimson, но явно сбиваясь с ритма. После того как я поискал парочку сбежавших домашних любимцев, я предпочитал вести себя с кошками осторожно, но как себя вести с таким их количеством я просто не мог себе представить.

Японские туристы со стоящего неподалеку теплохода рассматривали нас в бинокли и радостно махали руками, когда мы поворачивались в их сторону.

-- Вот кому повезло, -- мрачно буркнул Монти. -- Не успели приехать и вот уже все проявления английской эксцентричности на лицо.

-- Я думаю, что Сеймур не будит прятаться в столь хорошо просматриваемом месте. -- сказал я. До жути надоело дискредитировать себя и страну в глазах иностранных гостей.

Монти пожал плечами.

-- Вполне может быть. Надо поискать где-нибудь на задворках.

Мы ушли сопровождаемые криками расстроенных японцев и свитой кошек. Потом мы еще часа четыре бродили в каком- то лабиринте из контейнеров вызывая удивление у изредка встречающихся рабочих. Один матрос мирно дремавший неподалеку проснулся разбуженный кошачьей какофонией, и увидев что на него движется, помахивающий селедкой Монти, в ужасе убежал.

-- Представляешь, что на это завтра напишут газетах? -- улыбнулся Монти. Я представил. Меня передернуло.

-- Ну и куда делась эта отвратительная птица? -- расстроено пробормотал я. -- мне уже на доело ее искать.

-- А мне как надоело? -- язвительно сказал Монти -- Почти полдня я таскаюсь с рыбой в руках. Представляешь как мне от этого плохо?

Я устало отмахнулся от него селедкой. Видимо делать мне этого не стоило.

В тот же самый момент что-то большое и грязно-серое налетело на меня сзади и сбило с ног. Я пролетел вперед и упал разодрав правую руку. Селедка, выбитая внезапным ударом, описав странную траекторию хлестнула Монти по лицу.

-- Эй! -- вскрикнул он еще не понимая, что происходит. И тут же, это серое рухнуло на него. Монти закричал что неразборчивое и неприличное. Это нечто обхватило его крыльями и Монти закружился волчком. Видимо у них шла великая битва за рыбу.

-- Держи его! -- закричал я, кое как приподнимаясь. -- Это Сеймур!

Пеликан никак не прореагировал на свое имя, а Монти крикнул мне что-то уж совсем непонятное про дикобразов.

-- Что? -- переспросил я удивленно. Он не ответил. Его с размаху швырнуло о зеленый контейнер. Он сполз по его стенке на землю и так и остался там лежать время от времени вздрагивая. Пеликан окинул нас своим единственным, но очень злобным глазом. Он был по настоящему чудовищен. Огромный (по моему все остальные пеликаны раза в два меньше ), грязный, с оперением похожим на старую половую тряпку и малость перекошенным клювом. Он сделал несколько неторопливых шагов и подобрал валяющуюся рыбу. Затем последовала пара издевательски сосредоточенных глотков. Сделав их Сеймур победно зашипел, а потом сорвался на хриплый клекочущий смех. Я никогда и не думал, что пеликаны способны издавать подобные звуки -- эта птица просто издевалась над нами. Он сделал шаг в мою сторону. Кое как, даже позабыв про разодранную ладонь, я попытался отползти. Сеймур опять расхохотался и взмахнув крыльями поднялся в воздух. Я смотрел на него с суеверным ужасом. Сделав над нами круг пеликан исчез. Это был полнейший разгром.

Немного придя в себя я подполз к Монти, все так и лежавшему практически без признаков жизни.

-- Монти? -- тихо прошептал я. -- Монти, ты жив?

Он не ответил. Я повторил погромче.

-- Он еще здесь? -- строго спросил он не раскрывая глаз.

-- Нет, кажется улетел.

Монти приоткрыл один глаз и огляделся. Удостоверившись, что птицы вблизи нет он облегченно вздохнул.

-- У меня такое чувство, что мы еще легко отделались.

Почему-то я был полностью с ним согласен. Внезапно я осознал, что с этой птицей у нас будут очень большие проблемы.

-- Пошли отсюда. -- сказал Монти приподнимаясь. -- Я хочу выпить.

V

Видимо вид у нас был настолько ужасен, что Сэм пустил нас не сказав ни слова и без пререканий выставил два стакана с какой-то сверх крепкой гадостью темно-зеленого цвета, даже не заикнувшись о деньгах.

-- Итак, -- сказал Монти, когда мы уселись в уголке. -- Что будем делать теперь?

-- Я, если честно, лучше бы отказался от этого дела.

Монти уставился на меня широко раскрытыми глазами и произнес:

-- Ни за что.

-- Да плюнь ты на свои принципы! -- возмутился я. -- Зато живы останемся. Я не хочу погибнуть от рук или там от клюва пеликана.

-- Дело не принципах. -- печально сказал Монти. -- Просто тогда придется возвращать деньги.

С грустью я понял, что теперь нам от этого дела не избавиться.

-- Значит надо что-то придумать. -- подвел я итог.

-- Гениально. -- только и смог сказать Монти.

Некоторое время мы пили молча, так как никакие идеи не думали появляться. Наконец Монти сказал.

-- Думаю надо позвонить Энди.

Я отрицательно покачал головой.

-- Энди в Лондоне.

-- А там он, что делает? -- удивился Монти.

-- У него встреча с каким-то издателем, который решил издать сборник его рассказов.

-- Есть еще психи в этой стране. -- вздохнул Монти. -- Вернется то он когда?

Я пожал плечами.

-- Думаю на следующей неделе.

Монти улыбнулся.

-- Вот и замечательно. Еще триста фунтов. А пока мы будем составлять планы.

Допив коктейли мы вышли из "Красного журавля Ли". Сэм как ни странно и сейчас ничего не сказал. Видимо с нами было все совсем плохо.

"Ситроен" стоял на стороне улицы противоположной той, где мы его оставили. Записка на лобовом стекле гласила, что неизвестный угонщик смазал что мог, но в целом машина нуждается в основательном ремонте. После долгих трудов нам таки удалось снова ее завести и мы поехали в контору. Если честно, после выпивки и схваток с пеликанами я стараюсь не садится за руль, но в данном случае это означало посадить за руль Монти, а это равносильно самоубийству. Доехали надо сказать мы практически без потерь -- пара полупустых мусорных баков не в счет, а на счет зеленого карлика у меня были сильные сомнения, был ли он на самом деле.

В конторе все также продолжал царить сумасшедший дом и хаос. Правда тамтам уже не стучал, а сам МакФергюсон спал, свернувшись калачиком, на полу.

-- Притомился. -- ласково сказал Монти.

-- Ага. -- согласился я, смотря на одну полностью, а вторую наполовину, пустые бутылки виски. Монти пожал плечами:

-- Должен же он как то поддерживать свои силы.

Затем он видимо решил, что его силы тоже нуждаются в поддержке, поднял бутылку и двумя глотками допил ее. Затем он строго посмотрел на меня и сказал:

-- А вот тебе следует обратиться к врачу.

Я посмотрел на свою руку. Рана была пустяковая, хоть и болела весьма порядочно. Но в целом она не стоила того, чтобы в газетах появилось сообщение еще об одном пострадавшем от пеликана. Чем больше эта птица покалечит народу, тем больше народу ей заинтересуется. Закон сенсаций. Учитывая, что она безумствует в Плимуте это число может быть и не таким уж большим. Вот если бы она вытворяла все это в Лондоне, ей бы потребовалось минимум три-четыре трупа и полтора десятка раненных, чтобы привлечь к себе внимание хоть кого-то из нашего города.

Отрицательно покачав головой на предложение Монти я поплелся в ванную. Кое как промыв и перевязав руку, я посмотрел на себя в зеркало. Вид у меня надо сказать был не самый лучший. Самому себе я показался похожим, разве что на галку, которую трое суток не выпускали из стиральной машины, а что во мне видели другие мне было просто страшно представить. Волосы растрепаны больше чем у Роттена, одежда мятая, а взгляд такой, будто последние десять лет своей жизни я просто не вылезал из запоя. Я постарался привести себя в порядок, но большого успеха в этом не добился. Вздохнув, я вернулся в комнату.

Монти уже спал, устроившись на полу рядом с шаманом-зеленщиком. Мне спать совсем не хотелось и поэтому освободив свой стол от папок непонятного происхождения, заваливших его практически до потолка, я решил все таки малость разобраться с пеликанами. Откопав в пирамиде принадлежавших Монти книг парочку по зоологии для детей взялся за поиск.

Прежде чем я нашел что-то про эту птицу, я узнал множество весьма занимательных, но в данной ситуации абсолютно бесполезных, фактов про камбалу и лягушек. Даже обидно стало, что приходится иметь дело не с ихтиологами и лягушковедами, а с какими-то орнитологами-любителями. Уж лучше ловить сбежавшую жабу-пипу, чем это чудовище. Итак пеликан кудрявый. Я выяснил, что как и баклан, птица принадлежит к отряду веслоногих, следовательно сегодня меня огрели веслом. Ладно. Птица питается крупной рыбой, которую добывает весьма искусно. Ничего себе, грубо вырвать селедку из рук беззащитного детектива в наше время уже считается искусством. Иногда они устраивают облавы... У меня внутри все похолодело. Это еще хорошо что пеликан один и толковой облавы у него не получится, но если он действительно примется громить рыбные магазины... Мало им Монти. Пеликаны превосходно летают, плавают -- просто машина-убийца, а не птица. Зато совсем не умеют нырять. Конечно это ничего не дает, но хоть что-то. Древние египтяне приручали пеликанов. Что ж, теперь понятно почему погибла их цивилизация...

Как я уснул я не заметил, а проснулся от того, что кто-то теребил меня за плечо и голосом Джесики строго спрашивал:

-- Мистер Лессингем! Мистер Лессингем, не могли бы вы объяснить...

-- А? -- протянул я слегка приподнимая голову. Перед глазами проплыла пара цветных пятен сомнительного происхождения. В районе средней теменной извилины кто-то включил отбойный молоток. Я так и не мог понять, является ли это последствием схватки с Сеймуром, или пары выпитых коктейлей. Интересно какого сейчас Монти?

-- Мистер Лессингем! -- повторил кто-то.

Я попытался сфокусировать зрение на том, что склонилось надо мной. После пары весьма забавных метаморфоз оно наконец приняло форму Джесики, которая была раздражена чуть больше обычного. Я осторожно, насколько мне позволяли дорожные работы в моей голове, кивнул ей.

-- Я хотела бы знать, почему мое рабочее место находится в подобном состоянии?

Подобный вопрос был малость тяжел для моей головы и поэтому я посоветовал выяснить ей все это у Монти.

-- К сожалению он не в состоянии дать хоть какой-то вразумительный ответ, так как по его словам его левое полушарие объявило войну правому и дело уже дошло до применения ядерного оружия. Он сказал, что вы дадите мне более ясный и четкий ответ.

-- Сомневаюсь. Очень сильно сомневаюсь. -- пробормотал я.

На всякий случай я посмотрел на ее стол. Зрелище, надо сказать, было не из тех, на которые стоит смотреть с похмелья. Как на картинах Эшера там было что-то не так, а вот что -- непонятно.

-- Спроси лучше у шамана. -- посоветовал я ей. -- Он это сделал, наверняка он знает что это.

-- Мистер Лессингем! -- взорвалась секретарша. -- Я категорически отказываюсь работать в подобных условиях!

-- Я тоже. -- печально сказал я. -- Но что поделаешь?

Ничего не сказав на это секретарша развернулась и ушла. Слава Богу, что хоть увольнением, на этот раз, грозить не стала.

Кое как придя в себя, я подошел к лежащему все там же Монти. Шаман отполз куда-то под стол и дремал, даже не подозревая о нависшей над ним опасности, в виде готовой упасть папки, с никому не нужными уликами по делу о Джеке-Потрошителе. Я подумал, что его стоит разбудить и спасти, но в этот момент услышал стоны Монти.

-- Тим... Тим, я понимаю, что у нас время от времени были разногласия, но ты ведь не оставишь меня вот так умирать?

Я с жалостью посмотрел на него.

-- Ну что, воды тебе принести?

Монти медленно кивнул.

-- Лучше всего Северное море. Ирландского будет мало.

-- Северное далеко. -- буркнул я и направился в ванную.

Я даже представить себе не мог, что человек может выпить столько воды. Как всегда, Монти не повезло, и рядом не было ни одного независимого наблюдателя, так что в книгу рекордов Гиннеса он не попал. Но все шансы у него были.

Утолив свою нечеловеческую жажду и малость придя в себя, Монти начал думать и о других вещах.

-- Скажи Джесике, чтобы она принесла свежую газету. -- попросил он.

-- Джесика опять ушла. -- сказал я, не скрывая сарказма. -- По моему тебе стоит подумать, что важнее -- секретарша или шаман.

Монти посмотрел на МакФергюсона.

-- Он ведь не принесет газету? -- сказал он с сожалением.

-- Ага. -- подтвердил я. -- И на телефонные звонки отвечать не будет, и составлять налоговые декларации тоже не будет...

-- МакФергюсон! -- громко сказал Монти.

Зеленщик что-то заворчал себе под нос и перевернулся на другой бок.

-- МакФергюсон! -- повторил Монти. -- Там вроде твою лавку грабят...

-- Что?! -- взвизгнул бывший шаман вскакивая на ноги. Надо сказать сделал это он вовремя -- в тот же самый момент за его спиной громыхнула упавшая папка.

Ругаясь по шотландски, он как и был в леопардовой шкуре, вылетел из конторы, определенно пару раз упал на лестнице, и убежал в сторону своей лавки.

-- Видишь как нужно с ними? -- гордо сказал Монти.

-- Да уж. -- вздохнул я.

-- Кстати. -- Монти состроил самую невинную, из невинных, физиономию. -- Тебе не сложно будет сходить за газетой? Заодно и сигарет купишь...

VI

Следующие шесть дней, до возвращения Энди, мы занимались тем, что пытались навести в конторе хоть какое-то подобие порядка и следили по газетам за действиями Сеймура. Каждое утро приходила Джесика, смотрела на плоды наших трудов, разворачивалась и уходила. В конце концов нам правда удалось добиться того, чтобы она осталась. Сделали мы это, надо сказать, весьма вовремя, ибо в тот же день в контору заявился Рассел Купер.

Во всем Плимуте вряд ли найдется личность способная вызвать одновременно такое количество отрицательных эмоций. У меня они уже начинались с того момента, как я замечал его новенький темно-синий "БМВ", элегантный просто до безобразия. Сам Купер был не лучше -- высокий, стройный, всегда гладко выбритый и в безумно дорогом костюме кремового цвета. Каждое воскресенье этот тип играл в гольф, в каком-то невероятно престижном клубе и раз в месяц появлялся у нас. Дело было в том, что этот Купер был налоговым инспектором, приписанный к нам из-за какой-то нелепой ошибке компьютера, так как остальными его клиентами были разве что огромные транснациональные корпорации. Монти, например, боялся его больше всего на свете, нисколько не сомневаясь, что он родом, как минимум, с Альфы Центавра.

Он возник в дверях, как всегда улыбаясь -- не то вежливо, не то издевательски. Заметив его Монти только чудом не упал со стула, ради чего ему пришлось схватиться за край стола так, что у него побелели костяшки пальцев.

-- Здравствуйте. -- ласково сказал Купер. -- Надеюсь на этот раз у вас декларация готова и мне не придется тратить на вас так много времени, как обычно.

-- Ну... -- неуверенно начал Монти беспокойно оглядываясь в поисках хоть какой-нибудь поддержки. Я сочувственно пожал плечами, мол от меня в данной ситуации никакого толку не будет.

-- Мистер Купер! -- неожиданно подала голос Джесика.

-- Да? -- протянул тот своим масляным голосом.

-- Вы видите, что вы мешаете работать? -- сказала она, таким тоном, что налоговый инспектор заметно вздрогнул. Но сдержался, и сквозь зубы процедил.

-- А ваша контора мешает работать мне. Неужели так сложно составить...

-- Хватит! -- резко оборвала его секретарша. -- От нашей работы зависит жизнь человека, а может и не одного. Ваше же работа людей в могилу сводит...

-- Неправда! -- возмутился бедный Купер, никак не ожидавшей подобного приема, тем более от обычно отмалчивающейся секретарши. -- Я работаю на повышения благосостояния страны и...

-- На повышение вашего благосостояния. -- съязвила секретарша. -- В газетах пишут, что после вашего визита генеральный директор одной преуспевающей фирмы выбросился из окна.

Лицо Рассела Купера приобрело цвет совсем не естественный для налогового инспектора.

-- Клевета. -- выдохнул он практически задыхаясь. -- Гнусная клевета.

-- Вот уж не знаю. -- покачала головой Джесика.

Купер с совершенно затравленным выражением на лице посмотрел на часы.

-- Вот! -- взвизгнул он -- Без всякой пользы трачу тут на вас свое время, а сам практически опоздал на чрезвычайно важную встречу.

Он развернулся и убежал не попрощавшись.

-- Слава Богу! -- выдохнул Монти. -- Джесика, если все так пойдет и дальше, то скоро я смогу повысить тебе зарплату.

-- Разумеется. -- сказала секретарша таким тоном, словно прекрасно понимала, что если Монти и сделает это, то лет так через десять, и опять принялась копаться в своих бумагах непонятного назначения. Мы с Монти вернулись к чтению газет.

За эти шесть дней Сеймур активно развернул свою деятельность. В больницы уже обратилось еще пять человек пострадавших от нападения этой чудовищной птицы, и в журналистских кругах стало заметно волнение. Еще немного и заметки о похождениях пеликана начнут появляться на первых полосах, а там совсем недалеко до общей противопеликаньей истерии. Нужно было как можно скорее отлавливать эту птицу. К несчастью Сеймур перестал ограничиваться нападениями только в порту -- видимо там перестали расхаживать люди с рыбой. Осознав, что город то довольно большой, он появлялся в самых неожиданных местах. Так на одну старушку он напал, по дороге в церковь, совершенно на противоположном конце города. Кстати эта старушка оказалась единственной, кому удалось обратить Сеймура в бегство ни с чем. Мораль: даже если ты пеликан, никогда не нападай на идущих в церковь старушек.

Энди появился под вечер -- как всегда с сигаретой в зубах, бутылкой коньяка в кармане длинного плаща и неизменной загадочной улыбкой.

-- Здравствуйте, мистер Пэлин. -- сказала Джесика, расплываясь в широкой улыбке. Я сильно подозревал, что Энди и был той основной причиной, по которой она до сих пор не уволилась с этой работы. К ее огорчению Энди даже и не думал это замечать. -- Как жаль, что мне нужно сейчас уходить, но может...

-- Привет, привет. -- отозвался тот, почти сразу же забыв о ее существовании и переключившись на Монти. -- Ну как дела?

-- Ну есть пара неприятностей. -- пожал тот плечами.

Джесика, оскорбленная в лучших чувствах, молча собралась и ушла, громко хлопнув дверью. Энди сделал вид, что так и должно быть.

-- Что в Лондоне? -- спросил я.

Энди нахмурился.

-- Джин неплохой. Виски чуть похуже. Коньяк вполне сносен. Шерри-бренди просто чудесен....

-- Да нет, -- поторопился я перебить его, пока он не дошел до перечисления лучших лондонских кабаков. -- Как с книгой?

-- Да ну их, -- отмахнулся Энди. -- Они говорят что для юмористических рассказов это слишком мрачно. Вот если бы там трупов было раза в четыре поменьше...

-- Ну как всегда. -- подвел итог Монти. Энди печально развел руками.

-- Кстати, -- продолжил Монти. -- Тут у нас к тебе одно дельце было.

-- Опять пушка нужна? -- ухмыльнулся Энди. Как он умудрялся ухмыляться так, что сигарета не выпадала из его рта лично мне было непонятно.

-- Да нет. На этот раз у нас пеликан.

-- Кто-кто? -- осторожно переспросил Энди.

-- Пеликан. -- хором ответили мы с Монти.

-- А! А я подумал, что мне показалось.

-- Кстати зовут его Сеймур. -- сказал я.

-- Ну здесь он не виноват. -- улыбнулся Энди. -- Ладненько, давайте вы меня угостите парочкой коктейлей в "Красном журавле", а я придумаю что-нибудь с вашим пеликаном.

VII

Как обычно вести машину досталось мне, а Монти и Энди посвятили это время бутылке коньяка и краткому изложению фактов о Сеймуре. Как и следовало ожидать Энди ужасно порадовался. Пеликан набрасывающийся на людей -- шуточка вполне в его духе.

-- Надо было вам походить по порту с рыбой. -- посоветовал он.

-- Мы походили. -- буркнул я.

-- И как? Напал?

Я кивнул.

-- Еще как напал! -- буркнул Монти. -- Уж и не знаю как живы остались.

-- Это хорошо! -- кивнул Энди.

Мы уставились на него как на идиота.

-- Знаешь, -- сказал я. -- Я конечно все понимаю, но в отличие от тебя я не нахожу труп забавным. Особенно если это мой труп.

-- Я не про то, -- отмахнулся Энди. -- Просто правильную тактику выбрали. Теперь легко можно будет найти его.

-- Мы целый день его искали... -- с сомнением сказал Монти. -- И то он сам нас нашел.

-- Ну это не так уж и важно. В следующий раз будет быстрее.

-- А что, будет следующий раз?. -- испугался Монти.

-- Можешь не сомневаться. -- улыбнулся Энди.

Мне вдруг стало страшно, потому что я понял что он прав.

Сэм опять начал устраивать сцены по поводу не оплаченной выпивки, но Энди и Монти вместе представляют собой такую силу, которая способна справиться с любым барменом. Не прошло и минуты как мы уже сидели в углу, и пили что-то безумно-острое.

-- Страшная гадость. -- сказал Энди, комментируя свой коктейль. -- Интересно, что они сюда добавляют?

-- Кайенский перец. -- сказал Монти.

-- Интересно... -- протянул Энди. Его глаза постепенно затянула какая-то странная поволока- явное свидетельство того, что в голове творятся непостижимые наукой процессы. На всякий случай мы с Монти не стали его отвлекать -- мало ли придумает, что-нибудь гениальное. И он придумал.

-- Сэм! -- крикнул он придя в себя.

-- Заплатить решили? -- буркнул бармен.

-- Попозже. Лучше скажи есть ли у тебя еще немного этого перца?

-- О Боже! Ну есть. И за него не заплатите?

-- Я же сказал попозже. Сейчас у нас важные дела.

-- На ночь глядя? -- попытался съязвить бармен.

-- Разумеется. И дай еще одну большую селедку.

Кайенский перец в совокупности с селедкой кого угодно убедит в том, что дела действительно важные. Особенно после того как Энди начал запихивать перец внутрь несчастной рыбины.

-- Чего ты над ней издеваешься? -- спросил Монти, которому от того, что рыба так близко, стало малость дурно. -- Она и так мертвая...

-- Вот именно, -- ухмыльнулся Энди. -- Хуже ей не станет.

-- Пошли. -- сказал он, закончив свое дело. -- Поймаем вашу птичку.

Мы вышли из "Красного Журавля" сопровождаемые укоризненным взглядом Сэма. Машина, как ни странно, стояла на месте, правда записка о том что кто-то поменял пару колес на новые все же была. Завелась она чуть тише обычного.

Порт был совершенно пустой.

-- Ну и где несчастная птичка? -- ласково сказал Энди.

-- Несчастная?! -- возмутился Монти, прячась в тень.

-- Тут где-то. -- сказал я следуя его примеру.

Энди остался стоять один помахивая своей селедкой и подзывая Сеймура. Время пошло.

Как и следовало ожидать пеликан появился из-за того закоулка, где прятались мы с Монти. Трудно передать те чувства, которые я испытал, когда за спиной раздался его "голос". Монти например совершил прыжок метров на десять превышающий все олимпийские рекорды. Сеймур учуял селедку!

Заметив наше странное поведение, Энди повернулся в нашу сторону.

-- А вот ты где. -- сказал он явно обращаясь к пеликану. -- Хочешь рыбки?

Я испытал шок, когда увидел, что пеликан медленно кивнул. Энди сделал пару шагов в его сторону и затем швырнул рыбину. Несмотря на полумрак Сеймур поймал ее на лету. Прошло минуты две, за которые никто не шевельнулся. Мне они показались парой -- тройкой вечностей. Наконец Сеймур как то неестественно дернулся и забился в не птичьих конвульсиях.

-- Хватайте его! -- крикнул Энди. Мы с Монти бросились на бедную птицу и кое как скрутили ее.

-- Теперь его надо побыстрее отвести этим орнитологам-любителям.

-- Так ведь ночь! -- возмутился Монти. На самом деле его больше волновал вопрос о том, что завтра истекала неделя и мы бы получили еще три сотни.

-- А ты хочешь оставить на ночь его у себя дома? -- изумленно спросил Энди.

-- Можно и у Тима... -- осторожно предложил Монти.

-- Ну уж нет! -- воскликнул я. -- Поехали к орнитологам любителям.

По лицу Монти расплылась глубокая тоска и уныние.

Кое как затолкав пеликана в машину мы тронулись в путь. Надо сказать что ехать в одной машине, тем более такой маленькой, с пеликаном, который объелся кайенским перцем не самое веселое время провождение. Я вообще не представляю как мы доехали и все остались живы. Сеймур умудрился выбить пару стекол, изодрать сиденье, вывихнуть мне и без того больную руку, и проглотить пустую бутылку из под коньяка (правда Монти утверждал, что там еще что-то оставалось). Если бы несчастный "Ситроен", после этой поездки попал бы в руки того угонщика, то тот наверняка бы застрелился от досады. Но все таки мы приехали.

Дверь открыл Джемс, сонный и злой.

-- Чего надо? -- буркнул он смерив нашу компанию испепеляющим взором.

-- Пеликана вашего принесли. -- сказал Энди.

-- Не могли до утра подождать? -- проворчал камердинер.

-- НЕТ! -- хором ответили мы с Энди. Монти промолчал.

Джемс открыл дверь пуская нас внутрь.

-- Подождите. Я доложу о вас. И поосторожнее с страусом.

Орнитолог- любитель вылетел пулей спустя каких-то полминуты. И с криками "Сеймур!" бросился к страдающей птице. Никогда не думал, что кто-то будет радоваться этому чудовищу. Пеликан встретил эти бурные проявления чувств весьма сдержанно, хотя впрочем, не отведай он селедки с перцем, реакция могла быть совершенно иной.

-- Сколько мы вам должны? -- почти проплакал задыхающийся от радости орнитолог.

-- Триста фунтов. -- мгновенно среагировал Монти.

-- Джемс! Выдай им их деньги, и принеси Сеймуру рыбы. Он наверное проголодался...

-- Но ведь за эту неделю... -- попытался возмутиться камердинер, но орнитолог-любитель только отмахнулся от него. Джемс ушел и вернулся неся на подносе конверт и огромную селедку.

-- Пошли отсюда быстрее... -- дернул меня за рукав Энди.

-- А что.. -- не понял я, но тот уже выволок меня наружу.

-- Ты представляешь, что сейчас устроит пеликан? Когда ему опять дадут селедку? После перца?

Мне стало страшно за Монти, который остался там. За дверью, что-то громыхнуло. Спустя секунду оттуда выскочил Монти, с ошалелым выражением на лице и конвертом в руках.

-- Вы не представляете! -- выпалил он. -- Там творится ТАКОЕ! Нет, надо выпить...

Август 1999