Из тусовки мы оба вынесли теплую и трепетную ненависть к хиппи и ирландской культуре. Несколько позже, я вспомнил, что Парнезиусом звали киплинговского центуриона, защищавшего от саксов вал, то ли Траяна, то ли Адриана. Когда мы определили, что настоящее имя товарища Денис, а фамилия Бородкин, он настолько смутился, что ненадолго сбрил бороду.
Поступление в высокопарный Университет, после разрыва с кровавым Сангигом, окончательно испортило характер Кнута. Голодный и надменный, он доучил английский язык и принялся за немецкий. Неодолимый Гюнтер Грасс сменил на книжной полке претенциозного Генриха Белля. За холодным стеклом комнаты общежития белел бескрайний залив, а по голой стене плыл русский народный корабль, нарисованный православным соседом.
Денис Бородкин крестился в мае 99-го, в христианской церкви "Часовня на Голгофе".
Появление рассказа про Вереева заставило нас обоих задуматься, как избежать упреков во взаимном плагиате. После недолгих размышлений, мы убедились, что одинаковые места наших творений являются необходимыми составляющими данного литературного жанра. Течение получило название немецкого пост-неореализма. Впрочем, на слове `немецкий` настоял Кнут. Главные отличительные черты пост-неореалистов - коротая стрижка, серебряная сережка, небольшая бородка и просторный черный свитер. Колодан тоже написал похожий рассказ, но его мы не взяли за отсутствием бороды.
Яцуренко