Забавный сплав достоверности, вышедшей из тенденции и с другой стороны привязанности к скретчевым технолгиям.

В лице данного автора мы имеем уникальную возможность наблюдать загадочное сочетание современного музыкального стиля, переработанного через призму восприятия классического русского интеллигента - недоросля, неуча и раздолбая, с активным использованием новейших музыкальных технологий: рейв, рэп... Александр Яцуренко вырос в ту пору, когда о существовании Егора Летова знали только отдельные эстеты и снобы (сейчас, по-моему, не знает вообще никто), и формировал своё творческое мировоззрение под влиянием таких величин, как Боб Марли.

Интервью с А.Яцуренко

Ваши впечатления о концерте?

Обалденно, кстати! Хороший концерт! Мне было очень весело, если честно. Мы впервые сыграли (в первом отделении) программу про Джонни, которую мы сейчас дописываем как альбом. Я апробировал на сцене расстановку песен, какую-то логическую линию, и меня это очень устроило. А второе отделение сборное, там материал для следующего альбома, который мы будем концептуально аранжировать. Сейчас это всё прокатило за счёт общего ража народа, когда люди пьют пиво и всё более положительно реагируют на происходящее.

Какова история группы?

Мы очень давно пытались определить день рождения группы и поняли, что это совершенно невозможно. Лично я занимаюсь музыкой года с... а, лучше не говорить! Иначе нас спросят, где мы были раньше. В нынешнем составе группа существует чуть больше года. До этого мы играли в акустике с разными перкуссионистами и виолончелисткой. "Карликами любви" мы назвались году так в 1995-м.

А до этого?

Да. Есть такой известный в узких кругах музыкант Дима Миглицкий. Он играл в группах Эль Койотос, Wine... Начинали мы с ним. Название было "Воркута". Но когда мы выходили к Казанскому собору (а это было ещё в начале перестройки), все подходили и, видя название "Воркута", спрашивали, когда мы будем петь уголовные песни. У них Воркута ассоциировалась только с этим. А я вырос там.

Название "Карлики любви" возникло как-то само, потому что первоначально было название "Джонни Паркенсон и Карлики любви" (по названию альбома). Сначала возник Джонни Паркенсон, потом появился альбом про него, а позже мы поняли, что это очень длинное название и урезали просто до "Карликов любви".

Лет пять назад в клубной питерской тусовке было очень много гранджевых и фанковых групп, которые использовали англоязычный стиль исполнения (всякие там Sunny child'ы, Military Jane и пр.). Вы на этой волне пришли?

Нет! Мы так и не пришли. Дело в том, что название "Карлики любви", особенно "Джонни Паркенсон и Карлики любви" - это традиция английского рока. "Джон Леннон и Лунные собаки" (позже "Серебряные жуки", если помнишь). Опять же, множественное число - "Катящиеся камни". Даже наша "Машина времени" изначально называлась во множественном числе - "Машины времени", - потому что они тоже ориентировались на ту же волну британской музыки.

"Автоматические удовлетворители"? Не то?

С панком вообще очень трогательные отношения. Прослушав наши концертные записи, я понял, что мы чем-то по звучанию напоминаем ранний Cure. Это было просто счастье, я не надеялся на такое. Потому что у нас каждый играет своё, мы друг другу даже не говорим, в каком стиле играем. Если саксофонист узнает, что мы играем фанк, он просто откажется играть. А так он думает, что джаз. Барабанщик говорит, что это диско. Иногда я басисту выдаю некоторые секреты, а вообще-то он думает, что это фанк. А я люблю брит-поп и арт-рок.

А к нынешнему Cure какое отношение? "In Friday I'm in love"?

Очень хорошее. Только это песня не позднего, а среднего периода. Года так 1987-89... А нас я сравниваю с ранним Cure. Потому что они играли плохо. То есть, для всемирно известной команды они играли потрясающе плохо. Но на самом деле, дай Бог всем нашим командам так играть.

Планы?

Очень хочется поработать с сэмплами, но я не знаю, получится ли это. Хочется написать новые песни. И саранжировать.

Это хорошо, ну а какие-то глобальные вещи: куда-то пробиться, что-то сделать, заявить? "Карлики любви" ничего на завоёвывают, не стремятся изменить мир?

Мир изменить невозможно. Всё, что нас заставляет действовать, это осознание бессилия перед миром. Я хотел изменить мир пока не убедился, что он неизменен, что мир - это такое чудовище, машина абсолютно непобедимая, по крайней мере, нами. Почему, собственно, мы и ищем спасения в ином мире. А здесь просто какой-то крик бессилия.

А государственный переворот? Никак? Вот сейчас скоро десятилетие ГКЧП будет...

Нет. Ты знаешь, мы строили баррикады. И я, и Олег Тарасов. Около нашего Ленсовета. Это было совершенно потрясающее ощущение - когда НТВ закрывали, Дибров говорил о том же самом ощущении - потрясающего единства. Женщин на площадь не пускали, они как-то просачивались сквозь патрули. Настоящие рабочие патрули, то есть стоят мужики и приветливо улыбаются, увидев, что ты пришёл отстаивать свободу. Ты приходишь и видишь огромную толпу, которая стоит и ждёт танков. Люди пришли умирать, по большому счёту. И потом, когда мы стали ложиться спать, я не нашёл места в автобусе (а там просто водители пригоняли свои автобусы, чтобы перегородить улицы наряду с баррикадами). Сейчас хожу и вспоминаю, как на ближайшем мостике на подходах к Исаакиевскому собору лично построил баррикаду. И я не нашёл тогда в автобусе другого места, сел в кресло водителя, положил голову на руль и уснул. Водитель меня так аккуратно разбудил, он сказал: "Извини, брат, мне уже надо уезжать. Не можешь ли ты пересесть?". Это было такое братство! Правда, братство иллюзорное. Потому что те же самые люди спустя недели, месяц, полгода уже друг друга не узнавали.

Почему я и говорю, что мир неизменен. Была Сорбонна, был Хрущёв, который колотил ботинком, был Вудсток. Но мир неизменен. Хорошо если мир в результате социального протеста не меняется к худшему.

Но был же май 1968 в Париже, когда скинули де Голля...

И что? Мы тоже скинули. Нам казалось, что мы победили. Победили партократов, ещё кого-то... "Начальники в кабинетах заливают щеками стол"... Нам казалось, что мы - новое поколение, которое устроит мир по-своему... "Дети уходят, и никаких революций"...

А сейчас, спустя десять лет?

Насчёт революций... Я недавно начал набирать людей, и все подписались в сепаратистскую террористическую организацию. Последние приключения талибов в Афганистане заставили меня задуматься о роли культуры в обществе. Когда взрывают статуи Будды, о которых никто не знал (в Афганистане туризма давно нет и не будет), если только специалисты. И вдруг весь мир возмущён, ЮНЕСКО заявляет: "Взорвали статуи Будды, достояние мировой общественности!". Кому в общем-то какое дело до этих статуй Будды? Я считаю, что взрывать нужно Эрмитаж.

Относительность произведений искусства? Относительность шедевра?

Мне кажется, что Булгаков сказал довольно бестолковую вещь - "рукописи не горят". Рукописи горят ещё как! Для меня основополагающее, что люди бессмертны. Мне легко говорить про уничтожение искусства, потому что я искусство люблю. Искусство - это не культура такая ("Ой, Борхес! Ах, Шекспир!"). Я люблю Шекспира и ненавижу, скажем, Кафку и Джойса.

А смысл? Поиметь славу Герострата?

Да никакого смысла! Я это могу сделать даже анонимно. Дело в том, что когда я смотрю на Путина... Вторая цель террористической организации - это убить Путина. А на самом деле мы будем воевать против русских и американцев. Главный лозунг террористического движения: "Русские, убирайтесь из Санкт-Петербурга!".

Это какой-то голый эпатаж получается...

Да. Потому что, я же говорю, - мир неизменен, и всё это бессмысленно.

Тогда это отчаяние?

Не отчаяние... Это попытка какой-то эстетической реализации отчаяния. Просто когда мне говорят: "Ты ничего не можешь. Твоё мнение как гражданина для нас ничего не значит", я говорю: "Давайте убьём Путина!"

Есть тот же пример "Бойцовского клуба", где люди объединяются, пытаются что-то делать, взрывают...

Отвратительно! Получается-то ещё хуже! На самом деле, состояние бессилия - очень нехорошее состояние. Истинная вера в Бога даёт спокойствие. То, что я говорю про мир, про неизменность мира - это христианское учение во многом... Не про взрыв Эрмитажа, естественно! О том, что миром правит дьявол.

Князь Мира Сего?

Именно! В данном случае Земля является оккупированной территорией. Об этом гениально Клайв Льюис писал. Может, он и не самый лучший писатель, но пишет очень правильные вещи. Это мерзко, но вместе с тем очень правильно.

О чём поют "Карлики любви"?

Нет общей линии. Есть несколько разных тем, но в целом - о человеке, его взаимоотношениях с миром и Богом.

Эти взаимоотношения гармоничны или есть какой-то надрыв?

Надрыв ощущается. В любом случае это трудные отношения.

Меня очень порадовали постоянные аллегории с "Бойцовским клубом". Доводилось фильм смотреть?

Я очень не люблю этот фильм, мне бы не хотелось его пропагандировать.

Почему?

Дело в том, что в нём есть вещи относительно правильные и абсолютно неправильные.

Например? Что хорошо, что плохо?

Хорошо, что это фильм, пропагандирующий асоциальные способы мышления. Этот смысл в общем-то правилен, но общий модный антураж, который там создаётся, фактически безнравственен. Когда эстетика подменяет этику.

Конкретнее...

Конкретнее? Фильм говорит об отказе от социума, о возможности борьбы с социумом, как о чём-то экстремальном, модном... Создается некий имидж, которому безумно хочется подражать. И следующее поколение формируется под воздействием таких вот фильмов. Это нехорошо, потому что экстремальное - синоним модного - это не вечно. Это действует на животном уровне.

Страсть?

Даже хуже, потому что это... продажная страсть. Фактически это коммерция...

Фильм или идея фильма?

Они такие взаимоперетекающие, как сиамские близнецы - фильм и его идея. Это не художественный ход, это вообще стиль современного Голливуда. Когда они должны продать фильм даже если не могут это сделать. Они делают фильм модным и фактически этим наложением стиля опровергают то, с чем борются герои фильма.

То есть, используя антураж антисоциальности...

Они делают фильм коммерчески выгодным! "Модно" - это вообще плохо.